Тайна разбитых стекол

Уильям Арден

Аннотация

   Альфред Хичкок — знаменитый американский кинорежиссер, прославившийся своими детективными фильмами. А три сыщика — это его юные друзья Боб Андрюс, Пит Креншоу и Юпитер Джонс. Живут они в городке недалеко от Голливуда. Их опорный пункт — склад утильсырья, их штаб-квартира — старый жилой автоприцеп, в котором они оборудовали криминалистическую лабораторию. Их агентство «Три сыщика» раскрывает любые секреты, загадки и головоломки. Друзья-детективы смело берутся за самые важные и запутанные дела и с честью доводят их до конца.

   Мальчиков нанимают, чтобы найти хулигана, бьющего по всему городу стекла автомашин.




Уильям Арден
Тайна разбитых стекол

Предисловие Гектора Себастьяна

   Приветствую вас снова, любители тайн! Добро пожаловать в новое невероятное приключение Трех Сыщиков.

   Если до сих пор вам не приходилось встречаться с этими смелыми юными детективами, скажу вам, что они живут в калифорнийском городке Роки-Бич, неподалеку от Голливуда. Юпитер Джонс — их предводитель. Юп, как зовут его друзья, обладает поразительной памятью, может починить или заново собрать что угодно, а интеллектом едва ли не превосходит Эйнштейна. Кроне того, он самую чуточку — ну, скажем, грузноват. Было бы невежливо назвать его толстяком, хотя в детстве ему приходилось играть роли толстых младенцев. Впрочем, этот факт Юп предпочел бы сохранить в тайне.

   Пит Креншоу, Второй Сыщик, — высокий спортивный мальчишка, надежная подмога в трудных ситуациях. Но если что-то не лезет ни в какие ворота и не поддается объяснению, Питу случается нервничать.

   Последний, хотя отнюдь не по своей роли в группе, — Боб Эндрюс. Он не только самый маленький в команде, но и самый практичный и здравомыслящий. Именно Боб занимается исследовательской работой, ведет дневник тех дел, с которыми сталкиваются Трое Сыщиков, и пишет заключительные отчеты. По окончании каждого дела я с нетерпением жду возможности прочесть его записи.

   А сам я — Гектор Себастьян, бывший частный детектив из Нью-Йорка, ныне автор книг обо всем таинственном. Я большой поклонник этих мальчишек и всегда рад рассказать о случаях из их практики.

   Нынешний случай начинается с целой серии невероятных событий: по всему городу безо всякой видимой причины вдребезги разбиваются стекла в машинах. Чтобы раскрыть этот секрет, ребятам приходится терпеливо докапываться до фактов и заниматься дедукцией. По ходу дела они приходят на помощь школьному приятелю, напрасно обвиненному в вандализме, и сталкиваются с неизвестными взломщиками, чудесами электроники и подозрительным отношением со стороны официальных лиц.

   Так присоединяйтесь же к моим сообразительным юным друзьям: будьте рядом, когда они интервьюируют полицию, выслеживают невидимого возмутителя спокойствия и заманивают в ловушку хитроумного вора. Посмотрим, догадаетесь ли вы, в чем дело, до того как это сделает Юпитер. Ключи к разгадке разбросаны по всей книге. Счастливой охоты!

   Гектор Себастьян

Разбитые окна

   — Какая-то таинственная история, мистер Джейкобс, — объявил голос дядюшки Титуса Джонса.

   Пит Креншоу поднял голову и прислушался. Он пропалывал цветочную клумбу возле конторы склада Джонса. Дело было как-то в понедельник, в июле. Голоса доносились из конторы.

   — Только не для меня, — отозвался незнакомый мужской голос, принадлежавший, по-видимому, мистеру Джейкобсу. — Подростки безобразничают, вот и все.

   Пит навострил уши. Тайна!

   — Ну один раз, ну два — это могло бы быть случайностью, — рассуждал мистер Джейкобс, — но четыре раза? Пол четырежды возвращался домой от приятеля на грузовике с разбитым стеклом. По его словам, он паркуется, входит в дом, а когда выходит чтобы ехать обратно, стекло, разбито!

   — Так все и было, па, — подтвердил мальчишеский голос.

   — Да брось, Пол, — мужчина невесело рассмеялся. — А то я сам не был мальчишкой. Может, кто-нибудь слишком сильно хлопнул дверью, а может, кто-нибудь из твоих дружков валяет дурака и бьет стекла. Не сомневаюсь, ты стараешься выгородить друга, но дело слишком серьезное.

   — Папа! Я и вправду не знаю, кто разбил стекла,

   — Ну хорошо, Пол, — сказал мистер Джейкобс спокойно. — Я уже говорил тебе в прошлую среду: пока правды мне не откроешь, грузовик тебе брать не разрешаю.

   — Но как же доставка из магазина? — цеплялся мальчик за последнюю соломинку.

   — Можешь, как и раньше, разгружать и нагружать, помогать в магазине, но водить грузовик буду я, пока к тебе не вернётся память.

   Может, Пол и ответил что-то, но слишком тихо, Пит не разобрал. Вскоре дверь конторы открылась. Торопливо обогнув небольшое здание, Пит увидел, что из нее выходит высокий мужчина с мрачным и решительным выражением лица. Следовавший за ним парнишка был почти такого же роста, но очень худ. У него была бледная кожа, темные волосы, вздернутый нос и грустные карие глаза. Мужчина влез в серый грузовик-фургон с надписью на борту:

...
МАГАЗИН ПОДЕРЖАННОЙ МЕБЕЛИ ДЖЕЙКОБСА
РОКИ-БИЧ, КАЛИФОРНИЯ
ПОКУПАЕМ И ПРОДАЕМ — ДОСТАВКА БЕСПЛАТНО

   — Мне очень жаль, Пол, — сказал мистер Джейкобс, — но тебе придется выбирать между долгом передо мной и лояльностью по отношению к друзьям. Теперь влезай, я отвезу тебя домой. Стулья мистеру Джонсу мы уже доставили, так что сегодня ты мне больше не нужен,

   — Я, пожалуй, пройдусь, — уныло отозвался Пол.

   — Как угодно, — ответил мистер Джейкобс.

   Он посмотрел вниз на сына, невесело вздохнул и выехал со двора. Пол Джейкобс остался стоять, ковыряя ботинком в грязи и наблюдая за тем, как рабочие Ганс и Конрад перетаскивают только что доставленные стулья.

   — Пол! — окликнул его Пит от своего утла конторы.

   Удивленный подросток оглянулся. Увидев Пита, он подошел к нему. Они были знакомы по школе, но не слишком близко. Пол был на несколько лет старше Пита и его друзей.

   — Пит Креншоу, верно? — спросил курносый парнишка.

   Пит кивнул.

   — Ну и злится же на тебя твой отец, — сказал он сочувственно.

   Пол угрюмо вздохнул:

   — А ведь я только что права получил.

   — Вот черт, обидно. — Пит понимал, как это должно быть неприятно: права получены, а водить нечего. — Погоди, может, мы сумеем помочь, — сказал он.

   — Как? — невесело спросил Пол. — И кто это мы?

   Пит выгатил из кармана рубашки визитку. Наморщив лоб, Пол прочел:

...

   ТРИ СЫЩИКА

   «Расследуем любые дела»

   ? ? ?

   Первый сыщик ……… Юпитер Джонс

   Второй сыщик ……… Питер Креншоу

   Протоколы и исследования ……… Боб Эндрюс

   Пол Джейкобс кивнул, в глазах у него засветилась надежда.

   — Послушай, а ведь я о вас слышал. Может, вы и впрямь мне поможете.

   — Вперед! — воскликнул Пит.

   Второй Сыщик начисто забыл о прополке. Он потащил Пола Джейкобса на другой конец склада, где его приятели-детективы Юпитер Джонс и Боб Эндрюс прибивали гвоздями расшатавшиеся доски в высоком заборе. Работая на жаре, Юпитер постанывал от усилий. После каждого удара молотком, зажатым в пухлой руке, он останавливался передохнуть и утереть пот с лица. Рядом Боб, посмеиваясь, споро вгонял в дерево один гвоздь за другим.

   — Если я кого и ненавижу, — сказал Юн, — так это радостных работяг.

   — Юп! Боб! — воскликнул Пит, торопливо подходя к друзьям и ведя за собой Пола Джейкобса. — Для нас есть новое дело!

   У Юпитера загорелись глаза.

   — Так-так, значит, нельзя терять ни секунды, — провозгласи он, имитируя британский акцент Шерлока Холмса. — Охота началась, друзья!

   Он немедленно бросил ненавистный молоток и развернулся, едва не столкнувшись с тетушкой Матильдой Джонс, как раз подошедшей к нему сзади.

   — Охота, может, и началась, лентяй, — сказала она, — но забор еще не кончился! А что до тебя, Пит Креншоу, Так я дала тебе тяпки не для того, чтобы ты оставил их плавиться на солнце. Ну-ка, живо за дело. Вы, пострелята, еще и часа не отработали.

   — Но… — нерешительно начал Пит. — Тут вот Пол…

   — Что, еще один? — воскликнула тетушка Юпитера, — Отлично. У меня как раз есть и для него работа. Вас зовут Пол, молодой человек?

   — Да, мэм, — ответил растерявшийся подросток.

   — Отлично, Пол. Ты можешь…

   В этот момент дядюшка Титус вышел из конторы и направился к ним через двор.

   — Время ленча! — прокричал он. — Каждый сам себе делает бутерброд!

   — Еда! — возопил Юпитер. — Вот почему у нас так медленно шло, тетя Матильда. Мы ослабели от голода.

   — Полное истощение, — на подгибающихся ногах простонал Пит.

   — Нет сил, — прошептал Боб. Он оперся спиной о старый холодильник и медленно сполз на землю.

   — Только бы хватило сил добраться до дома, — выдохнул Юп, хватаясь за забор в поисках опоры.

   Уперев руки в бедра, тетушка Матильда сурово наблюдала за представлением, а Пол Джейкобс едва сдерживал смех. Смерив дурачившихся мальчишек долгим суровым взглядом, тетушка тоже расхохоталась.

   — Ну, хорошо, ленч так ленч. Но не думайте, что вы свободны. Поедите — и снова за работу.

   В доме напротив мальчики сделали бутерброды с сыром и ветчиной и принесли их с собой в мастерскую Юпа — выгороженный участок свалки под навесом. И там, в перерывах между кусками, Пит пересказал таинственное происшествие, случившееся с Полом.

   — И ты даже не представляешь, кто бил стекла? — спросил Юп.

   Пол покачал головой.

   — Понятия не имею. Однажды я сидел у приятеля на веранде и даже слышал, как окно разлетелось вдребезги, но возле грузовика не было ни души.

   Пол взглянул на Трех Сыщиков.

   — Я знаю, это звучит невероятно, но окно разбилось будто бы само по себе!

Невидимая сила

   — Конечно, — с выражением произнес Юпитер, — в стекле может накопиться усталость, отчего оно спонтанно разбивается, но крайне маловероятно, чтобы такое случилось четырежды за короткий промежуток времени в одной и той же машине.

   Пол: Джейкобс уставился на Первого Сыщика непонимающим взглядом.

   — Юп хочет сказать, — пояснил Пит с усмешкой, — что стекло может изнашиваться, как и все остальное, но не четыре раза подряд в одной машине.

   — Спасибо, — сказал Пол. — Он всегда так разговаривает?

   — Ты привыкнешь, — рассмеялся Боб. — А вообще-то он самый обычный заурядный гений.

   — Если вы трое уже перестали валять дурака, — сказал их внушительного вида лидер ледяным голосом, — то, может, приступим к делу? Я бы предложил Полу рассказать нам все с самого начала.

   — Это значит, — подмигнул Пит, — давай, стартуй с самого края.

   Курносый парнишка улыбнулся и начал рассказывать. По его словам, один из его друзей жил в доме 142 на Валерио-стрит, в жилой части города. Пол часто бывал у него после ужина, приезжая туда на отцовском грузовике. Он всегда оставлял машину на одной и той же стороне улицы прямо перед домом. И четырежды за какие-то два месяца стекло в кабине со стороны водителя оказывалось разбитым, когда он выходил от друга. Пол совершенно не представлял, кто бы это мог быть, но уж точно не его приятели, что бы там ни говорил отец.

   — А день недели был каждый раз один и тот же? — спросил Боб.

   Пол на мгновение задумался.

   — Не думаю, но наверняка сказать не могу. Последний раз это было в прошлую среду.

   — А в других машинах в то же время стекла не бились? — поинтересовался Юп.

   — Я не слышал, — сказал Пол. — То есть, я хочу сказать, я никогда не видел и не слышал, чтобы в квартале еще у кого-нибудь били стекла, но я и не проверял.

   — Юп, — медленно сказал Пит, — а почему так важно, разбивались ли другие стекла?

   — Если стекла выбиты только у Пола, — объяснил Юп, — значит, что-то не так с его грузовиком или кто-то хочет навредить именно ему. Но если разбивались и другие стекла, то наблюдаемое явление не ограничивается одним транспортным средством. А почему ты спрашиваешь, Второй?

   — Понимаешь, — сказал Пит, — в машине моего отца на прошлой неделе тоже разбилось стекло, и он тоже не может понять, как это случилось.

   И Пит объяснил, что отцовская машина стояла на улице перед домом и разбито оказалось переднее стекло со стороны водителя. Отец никого рядом не видел, и в машину через стекло ничего не упало.

   — Отец считает, что это дети. Ну, знаешь, гоняют по улицам и бьют стекла для забавы.

   — Для взрослых это всегда дети, — вздохнул Юпитер и продолжил, постепенно загораясь. — Информация Пита позволяет предположить, что происходящее гораздо масштабнее, чем грузовик Пола. И вот что мы должны сделать…

   Внезапно круглое лицо Юпитера побелело, как полотно.

   — Быстрее, ребята! — закричал он. — Нельзя терять ни секунды!

   Остальные трое уставились на своего упитанного предводителя. Но тут до них тоже донесся звучный голос тетушки Матильды:

   — За работу, тунеядцы! Я знаю, что вы во дворе. А ну, выходите, прохвосты!

   — Для туннеля 2 Пол великоват, — сказал Юпитер. — К проходу 3, быстрее! Бегом!

   Четверо мальчишек выскочили из мастерской и рванули к ближайшей куче хлама. Они остановилась у большой дубовой двери в раме, приставленной к груде крупных гранитных блоков. Глубоко засунув руку в коробку с мусором, Пит вытащил оттуда здоровенный ржавый ключ, которым и открывалась прислоненная дверь. За ней оказался огромный старый бойлерный котел. Нагнувшись, ребята пролезли через него, открыли дверцу в его днище и шагнули в не слишком прибранную, но уютную комнату, обставленную как офис.

   — Вот это да! — восхищенно огляделся вокруг Пол. — Где это мы?

   — В нашей штаб-квартире, — гордо объяснил Пит. — Это старый вагончик, который дядюшка Юпа купил лет сто назад. Мы закидали его всяким хламом, так что его совсем не стало видно, и все о нем забыли. Даже тетя Матильда нас тут ни разу не находила.

   — Потрясающе! — сказал Пол с чувством.

   Он оценивающим взглядом окинул стол и картотечный шкаф, телефон с громкоговорителем и автоответчиком, радио, интерком и рации «уоки-токи».

   — Да, работать можно, — согласился Юпитер. — Так вот, когда тетушка нас прервала, я говорил, что нам надо сообразить, каким образом можно разбить стекло, не будучи никем замеченным и не оставляя за собой следов.

   — Ультразвук! — сказал Боб. — Звуковая волна может разбить стекло.

   — Точно! — воскликнул Пит. — Оперные певцы, к примеру.

   — Или реактивный самолет, преодолевающий звуковой барьер, — добавил Пол. — От звукового удара стекло может вылететь.

   — А ты не припомнишь, не пролетал ли самолет над домом твоего приятеля прямо перед тем, как разбилось окно? — спросил Юпитер у Пола.

   Тог покачал головой:

   — Нет, никакого самолета не было.

   — А нет ли в окрестностях дома каких-нибудь фабрик, радиостанций или телестудий? — спросил Юпитер. — Какой-нибудь аппаратуры, которая могла бы ненароком испускать ультразвуковые волны?

   — Нет, — ответил Пол. — Вокруг только жилые дома.

   — А как насчет землетрясения? — поинтересовался Пит.

   — Да, ты ничего не почувствовал? — спросил у Пола Боб.

   — Нет, — сказал Пол, — но, может, оно было слабое. Я помню такие землетрясения: ничего не чувствуешь, а вещи с полок падают.

   Юп покачал головой:

   — Стекла в машинах очень прочные.

   — Может, ветер? — предположил Боб. — Торнадо? Я читал, что в нашей местности случаются небольшие вихри.

   — Но Пол заметил бы, как ветром гонит все вокруг, — возразил Юпитер.

   — А м-может, — начал чуть заикаясь Пит, — лучи? Смертоносные лучи?

   — Как в «Звездных войнах», — сказал Пол. — Тепловой луч или силовой.

   — С другой планеты, — добавил Боб. — Космический корабль!

   — Невидимый пришелец!

   — Или… привидение!

   — Полтергейст!

   Юп поднял руку, прекращая балаган.

   — Остановите разбушевавшуюся фантазию! Может, тут и вправду замешана невидимая сила, но, скорее всего, этому есть простое и очевидное объяснение, о котором мы просто не подумали. Проблема в том, что у нас недостаточно информации. Предлагаю две программы действия, чтобы узнать о разбитых стеклах все что можно.

   — И что за программы, Юп? — спросил Пол с живым интересом.

   — Во-первых, мы в точности воспроизведем случившееся: припаркуемся в том же месте и будем следить, не выбьет ли у нас чем-нибудь окна. А еще…

   — Но, — прервал его Пол, — отец мне больше не даст грузовик.

   Юпитер улыбнулся:

   — Думаю, для приманки мы сможем раздобыть кое-что получше вашего грузовика.

   — А какая вторая программа, Первый? — спросил Боб.

   — Воспользуемся Сетью «Дух-за-Духа».

   У Пола перехватило дыхание:

   — Дух за кого?

   — Сеть «Дух-за-Духа», — объяснил Пит. — Эти Юп придумал. Чтобы в поисках и слежке участвовала целая орава ребят. Каждый из нас звонит пятерым приятелям и просит их сделать то, что нам нужно, а они потом звонят каждый своим пятерым приятелям, и так далее.

   — Дошло, — сказал. Пол. — Если у каждого из нас по пять друзей, и у них у каждого по пять, и у тех тоже по пять… Черт, да ведь так и пять сотен наберется! Так можно весь Лос-Анджелес взять под наблюдение!

   — Вот именно, — подтвердил Юпитер. — Но давайте ограничим операцию территорией Роки-Бич. Воспользуемся Сетью, чтобы выяснить, не разбивались ли окна за последние два месяца еще в каких-нибудь машинах, и если да, то где и когда.

   — А с чего начнем? — спросил Пит.

   — Можно запустить оба плана одновременно, — сказал Юпитер. — Наладим «Дух-за-Духа» и будем принимать на автоответчик все звонки от ребят, а сами в это время отправимся на улицу и попробуем вызвать преступление на себя.

   — И тогда некто, бьющий стекла, попадется к нам в ловушку, — скакал Боб.

   — Или нечто, — добавил Юп. — Как знать, может оказаться, что это действительно какая-то невидимая сила, о которой никто раньше и слыхом не слыхивал!

Место преступления

   Уже почти стемнело, когда Пит на своем велосипеде заторопился к автомобильной свалке. Добавочная порция орехового пирога, из-за которой он задержался, тяжелым грузом лежала у него в животе. Подъезжая к складу, он увидел у главных ворот величественную картину. Там стоял «роллс-ройс» с позолоченной металлической отделкой, которым ребята часто пользовались в своей розыскной деятельности. Пол Джейкобс стоял рядом, восхищенно глядя на громадный черный с золотом автомобиль.

   — Бог ты мой, что это? — спросил он у подъехавшего Пита.

   — Старинный «роллс-ройс», — ответил тот как бы между прочим, а потом уж объяснил, что Юпитер выиграл в конкурсе право пользоваться им в течение тридцати дней с того момента, когда команда «Три Сыщика» впервые появилась на свет. Позднее благодарный клиент устроил так, чтобы ребята могли пользоваться машиной когда захотят, вместе с шофером из арендного агентства, англичанином Уортингтоном. Пит как раз заканчивал свой рассказ, когда в ворота торопливо вошли Юпитер и Боб.

   — Вы оба опоздали, — сказал Юпитер. — Нам с Исследователем пришлось самим налаживать «Дух-за-Духа».

   — Отец заставил меня идти пешком, — объяснил Пол. — Простите, ребята.

   — А ты, Второй? — в глазах Юпитера мелькнула искра смеха. — Лишний кусок пирога, как я полагаю?

   Пит от удивления открыл рот.

   — Откуда ты знаешь?

   — Чистая логика, — сказал Юпитер небрежно. — Очевидное умозаключение.

   Боб рассмеялся.

   — Мы позвонили тебе домой. Твоя мама нам сказала про пирог. Юпу просто завидно.

   — Зависть — свойство мелких душонок, — надменно отозвался Юпитер. — К тому же, миссис Креншоу обещала оставить и мне кусочек.

   Пока ребята смеялись, передняя дверца «роллс-ройса» открылась, и вышел мужчина могучего телосложения с худощавым добродушным лицом. На нем была шоферская форма в комплекте с кепкой, которую он держал в руках.

   — Добрый вечер, мистер Джонс, — сказал он внушительно.

   — Добрый вечер, Уортингтон, — ответил Юпитер. — На сегодняшнем задании с нами будет гость — Пол Джейкобс.

   Уортингтон поклонился.

   — Мы сегодня торопимся, — продолжал Юпитер. — Нам надо быть по адресу 142 Валерио-стрит точно в девять.

   — Не предвижу никаких проблем, — сказал шофер. — Прошу занять места в автомобиле.

   Как только машина тронулась, Юпитер торопливо изложил свой план. Они подъедут на угол Валерио-стрит, где он, Боб и Пит украдкой выскользнут из машины. Уортинггон и Пол проедут дальше за угол и остановятся там, где обычно парковался Пол. Затем Пол вылезет из «роллса» и громко объявит, что Уортингтон может быть временно свободен, поскольку ой сам намерен часок-другой побыть у приятеля. Тогда Уортингтон отойдет от машины, будто бы выпить чашку кофе, а Пол направится к дому. Но вместо того чтобы войти внутрь, он спрячется так, чтобы видеть «роллс-ройс» со стороны тротуара, Трое же Сыщиков к этому времени проберутся на другую сторону улицы и укроются там.

   — Боюсь, «роллс-ройс» может слегка пострадать, — смущенно добавил Юпитер.

   — Идет расследование, мастер Джонс?

   — Да.

   — Тогда это рабочая ситуация, — спокойно ответил шофер. — А. могу я поинтересоваться, о повреждениях какого характера идет речь?

   — Разбитое стекло.

   Уортингтон вздохнул:

   — Ну что ж, хорошо сэр.

   — Или, — добавил Юпитер, — одна-другая вмятина.

   Уортингтон любовно обвел взглядом сверкающий черно-золотой капот машины и заметно содрогнулся.

   — Скорее всего, — торопливо вставил Юпитер, — только боковое стекло.

   — Стекло, сэр — и я буду вполне удовлетворен.

   К этому времени они как раз подъехали к Валерио-стрит. Уортингтон бесшумно остановил машину, и плану Юпа был дан старт. Несколько минут спустя «роллс» припарковался у дома 142, а Трое Сыщиков затаились в кустах через улицу, прямо напротив машины. Укрытий на улице было предостаточно благодаря обилию деревьев и кустов в просторных палисадниках. Они придавали улице некую обособленность и таинственность.

   Сыщики проследили за тем, как Пол Джейкобс и Уортингтон исполнили свой отрепетированный диалог. Затем Пол двинулся по бетонной дорожке к большому оштукатуренному дому своего приятеля, а Уортингтон пошел прочь по тротуару, насвистывая лихой британский марш. Улица опустела. Сыщики ждали в темноте.

   Пит первым заметил женщину.

   — Глядите, ребята, — прошептал он.

   Высокая женщина, одетая в просторные брюки и мужскую рубашку, теплым летним вечером выгуливала большого датского дога. Она шла не по тротуару, а по самой мостовой, неся в руке блестящую черную трость с тяжелым серебряным набалдашником. Гигантский пес тащил ее за собой, обнюхивая каждое дерево у обочины и каждый след шины. Внезапно женщина остановилась. Она заметила потрясающий «роллс-ройс» и замерла, восхищенно глядя на автомобиль, пока дог не рванул к нему поближе, едва не сбив женщину с ног.

   Женщина подняла трость с набалдашником, стоя прямо перед дверцей водителя огромной машины. Она замахнулась тростью и скомандовала:

   — Стоять, Гамлет.

   Собака трусливо присела, высунув язык и подрагивая всеми мускулами. Женщина продолжала размахивать тяжелой тростью в опасной близости от окна машины.

   — Что за дурацкий способ воспитывать собаку, — прошептал Пит. — Она ее только запугивает.

   — А окно она этой тростью разбить не могла? — предположил Боб. — Случайно?

   Юпитер отрицательно качнул головой:

   — Пол бы ее заметил.

   Женщина наконец опустила свою грозную палку, и обрадованная собака потащила ее дальше по улице. Едва они скрылись за ближайшим поворотом, как оттуда показались двое мальчишек в форме детской бейсбольной команды. Они шли — один по тротуару, другой по постовой, — перекидываясь мячом. Мальчишки перебрасывали мяч через стоящие у тротуара машины и норовили поймать его в темноте. Попытки удавались далеко не всегда, поэтому им приходилось отыскивать мяч среди машин.

   — Юп, а они не могли?.. — прошептал Боб.

   — Нет, — шепнул тот в ответ. — Даже в темноте Пол не пропустил бы их.

   — К тому же, — пробормотал Пит, — эти двое, похоже, не способны даже случайно во что-либо попасть.

   Мальчишки, продолжая играть, дошли до угла квартала и свернули на другую улицу. Снова все стихло. Дело шло к ночи. В окнах большинства домов уже погас свет, Прошел час — на пустой улице не было никакого движения. Наконец из-за поворота показался высокий мужчина на спортивном велосипеде.

   Ребята в засаде насторожились. Одинокий луч велосипедного фонаря, будто усики какого-то насекомого, ощупывал дорогу. Мужчина был одет в яркую желтую велосипедную майку и блестящие облегающие штаны, заканчивающиеся чуть ниже колена. На ногах у него были высокие желтые носки и узкие кеды. Со своим рюкзаком, шлемом, защитными очками и наушниками, шнур от которых уходил к лежащему в рюкзаке радио, он выглядел как пришелец-инопланетянин.

   — Ну прямо из «Звездного пути», — тихонько хихикнул Пит.

   Велосипедист неторопливо ехал по улице. Заметив «роллс-ройс», он приостановился, а затем стал закладывать круги вокруг поблескивающего черно-золотого автомобиля. Ребята затаили дыхание в предчувствии событий: велосипедист продолжал кружить, оглядывая старинную машину. Но через несколько секунд он внезапно выровнял велосипед и вскоре скрылся в глубокой темноте следующего квартала.

   — Уф… — прошептал Пит. — Я уж было подумал…

   — Похоже было, что он собирается что-то сделать, — разочарованно проворчал Боб.

   Юпитер нахмурился в своем укрытии за кустами:

   — Уж больно мы ретивы, кидаемся на каждую тень. Надо набраться терпения.

   Ребята размяли затекшие мышцы и продолжали сидеть. Юп нервно поежился. Вскоре Полу пора было уходить от приятеля.

   Внимание Юпитера привлекло какое-то быстрое движение. В конце квартала среди теней кто-то шел. За деревьями. Вдоль припаркованных машин. Петляя туда-сюда между улицей и деревьями на лужайках.

   Низенького роста человек, явно старающийся остаться незаметным, с каким-то предметом в руках.

   — Что это у него? — тихонько спросил Пит, вглядываясь.

   Коротышка приближался, все так же перескакивая от машин к деревьям и обратно, и воровато оглядывался, будто опасаясь самих теней. Затем он выскочил на улицу, неся что-то длинное и толстое.

   — Да это же бейсбольная бита! — едва ли не слишком громко воскликнул Боб.

   Как зачарованные, мальчики следили за тем, как неизвестный пробирался среди машин к блестящему «роллс-ройсу». Мысленным взором они уже видели, как он ударяет со всего размаху тяжелой битой по окну могучей машины, как разлетается вдребезги стекло. Как на крыльце дома 142 Пол слышит звон, но не может разглядеть коротышку, воровато ускользающего дальше по улице. Они ждали: вот-вот сейчас… но неизвестный так спешил, будто кто-то гнался за ним. Он скрылся в конце квартала, так и не замахнувшись ни на что своей битой.

   Пит даже застонал от разочарования.

   Остальные, столь же раздосадованные, некоторое время молчали, наблюдая за темной, безлюдной улицей. Ни одного прохожего. Ни одной проезжающей машины. Без каких-либо новых происшествий время подошло к одиннадцати.

   — Пол к одиннадцати всегда возвращается домой, — сказал Пит.

   Юпитер выпрямился.

   — Если мы собираемся точно воспроизвести все обстоятельства, то и нам пора уходить.

   Он как раз вышел на улицу, когда Пол Джейкобс выступил из тени у входа в дом своего друга, а Уортингтон показался в конце квартала. Все собрались у «роллс-ройса». Юпитер мрачно оглядел компанию и сказал:

   — Возможно, я ошибся.

   — Ошибся, Юп? — спросил Боб. — В чем?

   — Я решил, что, поскольку у отца Пита тоже выбили стекло в машине, выбивший не охотится специально за грузовиком Пола, — объяснил Первый Сыщик. — Но разбитое окно мистеру Креншоу могло быть простым совпадением. Может, грузовик Джей-кобса и был единственной настоящей целью.

   — Но если это правда, то воспроизвести преступление с помощью «роллс-ройса» не удастся, — заключил Пит. — Придется воспользоваться грузовиком.

   — Но ведь тогда и «Дух-за-Духа» не сработает. Ведь других разбитых стекол не будет, верно ведь, Юп? — спросил Боб.

   — Верно, Исследователь, — убитым голосом согласился Юпитер. — Ну ладно, сегодня в штаб-квартиру возвращаться уже поздно. Придется подождать до утра и тогда уж выяснить, был ли от нашей Сети какой-нибудь прок.

Тревога!

   Размышляя над загадкой разбитых стекол, Боб всю ночь ворочался с боку на бок и в результате проспал. Он уже несся по лестнице вниз, когда услышал рассерженный голос отца:

   — На улицах стало просто опасно!

   — Дорогой, я уверена, что это случайность, — ответил голос миссис Эндрюс. — Мало ли отчего может разбиться стекло в машине.

   — Все равно, с сегодняшнего дня машина будет в гараже.

   Боб буквально пролетел оставшиеся несколько ступенек и ворвался на кухню, где родители заканчивали завтракать.

   — Па! Что, прошлой ночью выбили стекло в машине?

   — Боюсь, что так, сын.

   — Переднее, со стороны водителя?

   — Да, — сказал мистер Эндрюс, в замешательстве глядя на Боба. — А откуда…

   — И ты не знаешь, как это произошло? — взволнованно выпалил Боб. — Ты не нашел ничего такого, чем могли бы его разбить?

   — Откуда ты все это знаешь? — спросил мистер Эндрюс с подозрением в голосе.

   Боб рассказал отцу о таинственном происшествии с Полом, разбитом стекле в машине мистера Креншоу и вчерашнем вечернем бдении.

   — И ты уверен, что Пол Джейкобс ничего не увидел, когда услышал звон стекла? — спросил мистер Эндрюс.

   — Абсолютно ничего.

   — Но это же какие-то хулиганы!

   — Невидимые хулиганы, па. Привидения!

   — Это просто смешно, Роберт. Ты же знаешь, что…

   — Я уверена, что этому есть простое объяснение, — вступила в разговор миссис Эндрюс. — Юпитер с ребятами во всем разберутся. А теперь, ну-ка, живо, заканчивайте завтрак.

   Боб молниеносно проглотил яичницу, торопясь поскорее попасть на свалку и рассказать ребятам, что прошлой ночью разбили еще как минимум одно стекло. Он завершил завтрак глотком молока и выскочил из-за стола.

   — А постель вы постелили, молодой человек? — поинтересовалась миссис Эндрюс.

   — Да, мам.

   Изо всех сил крутя педалями, Боб торопился на свалку. Он выбрал дорогу не через главные ворота, а вдоль забора. Художники Роки-Бич разрисовали его деревьями, цветами, озерами, лебедями и даже сценой кораблекрушения. Боб остановился, нажал на глаз нарисованной рыбы, пялившийся на тонущий корабль, и две зеленые доски отошли в сторону и вверх. Это была зеленая калитка 1, ведущая в мастерскую Юпа. В мастерской никого не было, но стоял велосипед Пита. Боб быстро пролез через туннель 2 — секцию толстой трубы, ведущей под грудой всякого хлама в штаб-квартиру сыщиков, — и через дверцу-люк в днище котла проник внутрь.

   — Привет, ребята! У отца прошлой ночью…

   Боб замолчал и огляделся. Его никто не слушал. По правде говоря, никто даже не заметил его появления. В штаб-квартире стояли шум и суматоха, как в НАСА в день запуска космического корабля. Юпитер, Пит и Пол Джейкобс стояли все вместе возле гигантской карты Роки-Бич, приколотой к стене, и втыкали в нее кнопки под монотонный голос из автоответчика:

...

   «В прошлую среду разбито окно водителя в машине: мистера Уоллеса перед домом 27 по Ист Кот».

   Пол воткнул кнопку и карту, а следующий голос продолжал: «Джо Эллер обнаружил разбитое стекло в своей машине пару недель назад по адресу 45 Вест Оак». Пит воткнул кнопку. В комнате раздался девчоночий голос: «В прошлый понедельник ночью разбито боковое стекло со стороны водителя в машине миссис Яновски, дом 1689 на Де Ла Вина». Юпитер воткнул кнопку в карту.

   Боб похлопал Юпа по плечу.

   — «Дух-за-Духа» работает, — воскликнул он.

   Юп обернулся с победной улыбкой:

   — За прошлый вечер и сегодняшнее утро автоответчик прямо напичкали сообщениями, и звонки еще продолжаются. По всему Роки-Бич уже два месяца разбиваются стекла.

   — И это всегда оказывается переднее боковое стекло со стороны водителя, всегда у машины, припаркованной на улице, — ликующе сообщил Пит, — и никто ни разу не видел кто — или что — виноват!

   — На карте уже почти сто кнопок, — сказал Пол.

   — Сто одна, — поправил Боб и рассказал друзьям про отцовскую машину.

   — Отметь на карте, — сказал Пит.

   Боб взял горсть кнопок, воткнул одну возле собственного дома и вместе с остальными продолжал слушать сообщения, поступавшие по Сети. Скоро записи закончились, но телефон не умолкал, пополняя список выбитых стекол. Юп регистрировал новые звонки на кассете, а остальные слушали через громкоговоритель:

...

   «…против сиденья водителя в машине мистера Эндрюса в…».

   Боб сказал:

   — Это Макс Браунмиллер из соседнего квартала. Он узнал про папину машину.

   Ребята продолжали слушать и втыкать кнопки, пока наконец телефон не перестал трезвонить, Пит пересчитал кнопки:

   — Сто двадцать семь!

   — Первый случай был два месяца назад, — замечал Пол. — Еще до того, как у меня первый раз выбили стекло.

   — Так что Юп был прав, — сказал Боб. — Этот стеклобой не охотится исключительно за мистером Джейкобсом или Полом.

   — Но, — начал задумчиво Юп, уставившись на карту, где почти каждая улица в центре города была украшена серебристой кнопкой, — где же закономерность? Почерк?

   — Почерк? — спросил озадаченный Пол.

   — Ну да, почерк, — объяснил Боб. — Когда что-нибудь случается снова и снова, обычно удается найти хотя бы одну повторяющуюся деталь. Ну, например, может быть, стекла бьют в машинах одной марки, потому что у кого-то зуб на эту фирму.

   — Или, — сказал Пит, — может быть, кто-нибудь терпеть не может любителей пляжа, потому что от них много шума, и тогда все кнопки были бы в окрестностях пляжа.

   — Или если окна были выбиты какой-нибудь природной силой, — добавил Юпитер, — тогда все кнопки были бы неподалеку от ее источника. Но кнопки-то везде.

   — Не везде, Юпитер, — возразил Пол. — Только в центре города. Нет кнопок вот здесь, за свалкой, или подальше, вдоль пляжа, или в ту сторону, к горам.

   Остальные кивнули. Боб нахмурил лоб.

   — Юп, кое-что странное тут есть, — сказал он.

   — Что именно, Исследователь?

   — Хм… Судя по сообщениям, — сказал Боб, глядя на карту, — прошлой ночью по всей Валерио-стрит били стекла. Почему же не было ни одного случая в том квартале, где сидели мы?

   Юпитер кивнул:

   — Я заметил, но с ходу объяснить этого не могу. Должна быть какая-то причина, и я уверен, что она кроется среди этих кнопок на карте. Думаю, что нам нужно снова прослушать автоответчик и…

   Внезапный грохот, казалось, заставил задрожать весь вагончик. Будто чем-то тяжелым ударили по какой-то металлической штуковине в окружающей штаб-квартиру горе хлама Грохот раздался снова, сопровождаемый слабым перестуком.

   — Может, это тетя Матильда или дядя Титус, — предположил Боб. — Я посмотрю через всевид.

   Он поспешно направился в угол комнаты, где сквозь крышу вагончика уходила вверх печная труба. Внизу она заканчивалась коленом с двумя маленькими трубками в качестве ручек. Все это сильно напоминало смотровой конец перископа. И действительно, это был самодельный перископ из трубы и зеркал, сооруженный Юпом, для того чтобы сыщики могли из вагончика наблюдать за происходящим снаружи. Боб уставился в перископ, поворачивая видоискатель.

   — Вижу тетю Матильду и дядюшку Титуса возле главных ворот. Ганс и Конрад нагружают грузовик. В дальнем углу копаются несколько покупателей. Поблизости от нас никого нет.

   Металлический звук раздался: снова, на этот раз ближе, как будто кто-то пробирался к вагончику через гору хлама.

   — Кто-то сюда лезет! — заявил Пит.

   — Он ниже моего поля зрения, — простонал Боб.

   — Ребята, быстрее, — скомандовал Юп. — Боб, ты вылезаешь через туннель 2. Пит может воспользоваться дверью 4. Я выйду через проход 3. Кто бы это ни был, попробуем его окружить. Ты оставайся тут. Пол. Не открывай ни одну дверь, пока не услышишь секретный код: три стука, потом один, потом два.

   Пол кивнул, и трое юных детективов выскользнули из вагончика на поиски неизвестного взломщика.

Угроза

   Добравшись до выхода из туннеля 2, Боб осторожно выглянул наружу.

   В дальнем конце площадки мастерской сидела на корточках тощая фигура в черном!

   Незваный визитер возился с каким-то лежащим на земле предметом. Боб всматривался вдаль, пытаясь понять, что это. Плечом он задел край трубы, в часть прикрывающих ее железяк с грохотом посылалась вниз.

   Человек в черном обернулся. У него не было лила!

   Но тут Боб наметил, как блеснули два глаза, и осознал, что лицо и голова незнакомца покрыты черным лыжным капюшоном. Глаза смотрели прямо на Боба. Ею засекли!

   — Ты кто такой? Чего тебе надо? — крикнул Боб, вылезая из трубы.

   Черная фигура схватила предмет, над которым трудилась, и бросилась из мастерской во двор склада. Боб со всех ног помчался к выходу из мастерской. Он успел увидеть, как черная тень улепетывает между горами хлама прямо к проходу 3. Сейчас Юп его поймает!

   Взломщик пропал из виду за кучей старых кирпичей. Боб прислушивался: прошла минута, но оттуда не донеслось ни звука. Где же Юпитер?

   Еще через пару минут Боб тихонько перешел к тому месту, где исчез человек в черном. Возле кирпичей никого не было. Он припал к земле, прополз вдоль штабеля досок и выглянул из-за его края. Внезапное движение привлекло его внимание. Кто-то осторожно пробирался вдоль боковой ограды.

   Боб всматривался, затаив дыхание. Ясно одно: колпака на его лице не было. Фигура вышла на солнечное место. Это был Пит! Боб прямо подпрыгнул. Пит заметил его и молча просигналил рукой, что ничего не видел и не слышал. Боб в ответ выставил вверх большие пальцы рук: он видел взломщика.

   В этот самый момент впереди раздался стук падающих досок.

   Боб отчаянно замахал Питу, сигналя ему, что им следует с двух сторон подкрасться к месту, откуда донесся звук. Пит кивнул и пропал из виду. Боб начал осторожно прокладывать себе дорогу между горами старой мебели, накопленной дядюшкой Титусом. Наконец он добрался до того штабеля, который развалился — или был развален, — и встал перёд грудой хлама, почти такой же огромной, как и та, что маскировала штаб-квартиру. С другой стороны той же груды показался Пит.

   — Ты его видел? — произнес Боб одними губами.

   — Никого не видел, — покачал головой Пит.

   — На помощь!

   — Это Юп! — воскликнул Пит.

   — Скорее! — откликнулся Боб.

   Они нырнули в проход между рядами плотно уложенного хлама, следуя поворотам узкого коридорчика.

   — На помощь!

   Приглушенный зов доносился, кажется, слева.

   — На помощь!

   Теперь он слышался справа.

   Боб и Пит стояли, оглядываясь, в самой сердцевине свалки. Двигаться прямо было невозможно. Впопыхах они искали дорогу в лабиринте узких проходов, заходили в тупики, натыкаясь на кипы старых дверей, горы бетонных блоков и металлолома.

   — На помощь!

   — Юп! — крикнул Пит. — Если ты нас слышишь, продолжай вопить!

   — Чтобы мы поняли, где ты! — проорал Боб.

   — На помощь! На помощь! На помощь!

   Крики Первого Сыщика направляли их по замысловатым проходам свалки. Они слышались то ближе, то снова дальше, и вдруг наконец раздались где-то совсем рядом.

   — Там! — воскликнул Боб.

   Это был старый морозильник из мясной лавки, громадный, как шкаф. Тяжелая щеколда была придавлена толстой доской, чтобы дверь нельзя было открыть изнутри. Глухие крики прекратились.

   — Быстрее. Там внутри мало воздуха! — закричал: Пир,

   Отбросив доску в сторону, они распахнули увесистую дверь.

   — Юп! — крикнул Боб.

   Первый Сыщик сидел, сгорбившись, возле задней стелы пустого морозильника в окружении крюков и полок для мяса. Он не шевелился.

   — Первый! — обеспокоенно сказал Пит. — Ты в порядке?

   Предводитель вздохнул.

   — Старый трюк с открытой дверью, — сказал он с отвращением. — А я попался на него как новичок.

   — Кто это был. Юп? — спросил Боб. — Ты его видел?

   — Я видел только тень в черном, когда вылезал из прохода. Он меня заметил и побежал в эту сторону, разваливая по дороге доски. Я погнался за ним, но видел его только мельком среди хлама. Потом я засек, как он забежал в этот морозильник. По крайней мере, мне так показалось. А он, наверное, проскользнул за открытой дверью, потому что, когда я сюда добрался и заглянул внутрь, он оказался позади меня. Он втолкнул меня внутрь и захлопнул дверь. Я попытался было выйти, открыв внутреннюю задвижку, но дверь не поддавалась.

   — Ты же мог остаться без воздуха! — воскликнул Боб.

   Юпитер снова вздохнул.

   — В этой морозилке столько дыр, что этого, Исследователь, можно было не опасаться. Словом, провел он меня, друзья, и я не знаю ни кто он был, ни как выглядит.

   Хлоп! Бум!

   По всей свалке разнесся еще один громкий удар. На этот раз, похоже, упало что-то металлическое. Мальчишки торопливо выскочили из старого морозильника.

   — Он все еще здесь! — крикнул Пит.

   — Может, ему так же трудно выбраться отсюда, как нам было сюда забраться, — предположил Боб.

   — Пошли, ребята, — поторопил их Юпитер.

   Сыщики поспешили обратно. Едва выйдя на расчищенное место, она ринулись в направлении последнего шума. Он раздался со стороны заднего забора. Ребята добежали до забора, но призрачной фигуры и след простыл

   — Смотрите-ка! — крикнул Пит. — Вон там, наверху!

   Вдоль всего забора тянулся жестяной навес двухметровой ширины, прикрывающий более ценное старье от солнца и дождя. За край навеса было зацеплено нечто, напоминающее маленький четырехлапый якорь, к кольцу которого была привязана толстая веревка.

   — Это еще что такое? — удивился Боб.

   — Альпинистский крюк «кошка», — сказал Юп. — Кидаешь его вверх, цепляешь за стену, или за забор, или за скалу, и лезь себе вверх по веревке!

   Пока сыщики разглядывали здоровенный крюк, привязанная к нему веревка внезапно изогнулась змеевидной петлей. Крюк отцепился от края навеса, позвякивая, уполз через его крышу и свалился по ту сторону забора,

   — Быстрее! — возопил Юпитер. — К красной калитке!

   Торопясь что есть сил к своему секретному заднему выходу, они услышали, как снаружи на улице завелся мотор. Боб торопливо открыл задвижку, три доски отошли в сторону, и мальчишки высыпали на улицу, чтобы увидеть, как за поворотом исчезает маленькая красная машина.

   — Слишком поздно, — простонал Пит.

   — Никто не заметил, что за машина? А номер?

   — Кажется «мини-гольф», — заявил Пит и добавил: — Только я не уверен, номеров я не разглядел.

   — И я нет, — признал Юпитер.

   Они стояли на опустевшей улице и смотрела вслед скрывшейся машине.

   — Что же он тут делал? — вслух задумался Боб.

   — Наверняка хотел пробраться на свалку незамеченным, — сказал Пит. — И крюк с веревкой для этого притащил.

   — Пошли-ка вернемся к Полу, — решил Юпитер, — и попробуем сообразить, чего хотел этот взломщик.

   Сыщики поспешили назад к своей секретной калитке. Картина на заборе в этом месте изображала пожар 1906 года в Сан-Франциско, с маленькой собачкой, грустно глядевшей на горящий дом. Один глаз собачки приходился на темный «глазок» в доске. Юпитер выковырнул его и, просунув внутрь палец, опустил задвижку, удерживающую на месте три доски красной калитки. Оказавшись на территории свалки, ребята воспользовались дверью 4. Узким коридором в горе разнообразного старья они добрались до сдвижной панели в задней части вагончика. Юпитер постучал: три, один, два.

   — Что случилось? — нетерпеливо спросил Пол, отодвигая панель в сторону.

   Юп рассказал о происшедшем и спросил:

   — Этот взломщик по описанию никого тебе не напоминает?

   — Нет, — сказа Пол. — А что он тут делал?

   — Это-то нам и нужно узнать, — сказал Юпитер. — Пошли наружу, покопаемся в том барахле, которое валяется вокруг вагончика. Может, что-то подскажет нам, чего хотел взломщик.

   Юп вывел друзей к мастерской.

   — Судя по звукам, которые мы слышали, наш визитер, видимо, карабкался на самый верх этой горы, так что кому-то надо поискать там.

   — Боб, пожалуй, самый легкий, — сказал Пол.

   — Что да, то да! — рассмеялся Пит.

   — Я вполне осведомлен о весе Исследователя, — раздраженно отреагировал Юпитер. — Боб и полезет наверх. А остальные…

   — Ага! — раздался голос, звучный, как трубы Судного Дня. — Поймала вас, прохвосты!

   У входа в мастерскую стояла тетушка Матильда, уперев руки в бока. Путь к отступлению бил отрезан: нырнуть в туннель 2 — означало выдать свое тайное убежище.

   — Питер Креншоу, вчера ты бросил прополку на середине. Юпитер Джонс, в заборе кое-где еще шатаются доски. Начните с Бобом их приколачивать. А ваш новый друг может помочь Питеру.

   — Н-но… у нас важное расследование, — заикнулся было Юпитер.

   — Вздор! Не желаете работать — никаких гостей на свалке все лето! И я не шучу, молодой человек.

   Она развернулась кругом и двинулась прочь. Четверо приятелей мрачно следили, как она удаляется в сторону конторы.

   — Все расследование коту под хвост, — простонал Пит.

   — Встречаться нам будет чертовски сложно, — согласился Боб.

   Юп кивнул:

   — Да, придется отрабатывать. Но кто сказал, что тетушкину работу мы не можем сочетать со своей? Двое пойдут полоть и заколачивать, а двое займутся поиском улик. А раз в час, скажем, будем меняться.

   Все согласились. К середине дни они заметно улучшили состояние забора и клумбы и даже успели перекусить. Что же до следов взломщика, их нашлось немного.

   — Он действительно влезал на эту гору, — доложил Боб. — Наш телефонный провод, прикрытый мусором, частично обнажился. Я сделал все как было, но кто-то побывал там, это точно.

   Уже под вечер Пол обнаружил крошечный посеребренный диск, по размеру и толщине вдвое меньше десятицентовой монетки.

   — Он валялся в мастерской возле нашего интеркома, — объяснил Пол. — Не блесни он на солнце, я бы и не заметил его.

   Сыщики сгрудились вокруг находки.

   — Это же батарейка для миниатюрных электронных устройств, — воскликнул Юпитер. — А там, где ты ее нашел, ничего больше не было? Каких-нибудь маленьких микрофонов или передатчиков?

   — Вот только это, — сказал Пол, протягивая ладонь.

   На ней лежали мелкие обломки пластмассы и крохотные кусочки проволоки.

   — Что за штука — непонятно, но, похоже, на нее кто-то наступил, — сказал Боб.

   Юп изучил кусочки и объявил:

   — Думаю, это было подслушивающее устройство.

   — Ты хочешь сказать, что кто-то за нами шпионил? Подслушивал, что мы говорим? — возмутился Пит.

   — Именно, — сказал Юп. — А теперь давайте-ка все поищем устройство: маленькую пластиковую коробочку или что-то вроде миниатюрного микрофона, или вообще что-нибудь электронное.

   Однако до ужина ничего больше найти не удалось. Тетя Матильда осмотрела результаты их работы и предупредила Юпа, что в его интересах на следующий день все закончить. Угрюмые сыщики собрались в мастерской.

   — Сеть «Дух-за-Духа», — сказал Юпитер, — показала, что стекла в машинах бьют но всему городу. Для простого совпадения случаев слишком много. Должна быть какая-то причина. Мы должны понять, почему это происходит, прежде чем сможем выяснить, кто за этим стоит.

   — Но как, Юпитер? — непонимающе спросил Пит.

   — Изучим кнопки на карте. Я уверен, что где-то там кроется ответ. И, кроме того, попробуем воспроизвести преступление. Я уверен, что этот некто рано или поздно клюнет на «роллс-ройс».

   — Сегодня, Юп? — оживился Боб.

   — Нет, сегодня уже поздно вызывать машину. Попробуем снова завтра вечером. Может, на этот раз план удастся и мы поймаем злоумышленника с поличным!

Юпитер определяет почерк

   На следующий день Пол работал в отцовском магазине. Расследование предстояло возобновить только вечером, и Боб с Питом занялись виндсерфингом, а потом ужинали у Пита дома. От Юпитера целый день ничего не было слышно.

   Когда в восемь тридцать Юпитер так и не позвонил, Боб и Пит отправились на свалку. В мастерской было пусто. Ребята залезли в туннель 2 и добрались до люка, ведущего в штаб-квартиру. В замаскированном вагончике стояла тишина, но по краям люка виднелись тонкие полоски света. Внутри кто-то был.

   Боб медленно приоткрыл люк, и они с Питом осторожно всунули головы в освещенную комнату.

   Юпитер сидел в кресле; глаза его, широко распахнутые, живые, в то же время словно были устремлены в одну точку.

   — Ребята, я, кажется, нашел ответ… — сообщил он, когда Боб и Пит влезли в комнату. Он не повернул к ним головы и продолжал смотреть прямо перед собой. — Но я не знаю, что это!

   — Ты знаешь, — растерянно заморгал Пит, — но ты не знаешь?

   — Кнопки! — вмешался Боб, проследив взгляд Юпитера до карты Роки-Бич. Она по-прежнему была утыкана кнопками, но уже не серебристыми.

   — Вот это да! — сказал Пит. — Все разноцветные!

   — Если быть точным, Второй, — поправил его Юпитер, — то цветов четыре. Я просидел тут с обеда, пялясь на карту и пытаясь найти закономерность. Я решил обозначить кнопками одного цвета каждый день недели. И вскоре стало ясно, что цветов нужно всего два: один для понедельников, другой для сред. Окна разбивались только по понедельникам и средам!

   — Но ведь тут не два цвета, а четыре, — сказал Боб.

   — Да, — кивнул Юп. — С двумя цветами я все еще не мог увидеть закономерности, не мог определить почерк. Тогда я решил попробовать отдельный цвет каждого понедельника и среды за последние две недели: желтый, красный, зеленый и синий. — Здесь он сделал драматическую паузу. — И почерк стал понятен мгновенно!

   Боб разглядел карту.

   — Они все идут рядами. Каждый цвет пересекает карту по прямой!

   — Совершенно верно, Исследователь, — подтвердил Юпитер. — Каждый понедельник и среду в последние две недели, а может, и в а предыдущие несколько недель, в Роки-Бич оказывались разбитыми окна в машинах вдоль какой-то одной прямой.

   — Ничего себе, — воскликнул Пит. — А не означает ли это… А может… Черт, да что же это означает, Юп?

   — По правде сказать, — признался Юп, — я и сам еще не вполне понимаю.

   Боб и Пит посмотрели на Юпитера, потом да карту с разноцветными кнопками, потом снова на Юпитера. Первый Сыщик вздохнул:

   — Я же вам сказал: ответ у меня, кажется, есть, но я не знаю, как его истолковать. Впрочем, на карте видна еще одна важная деталь.

   — Какая, Юп? — спросил Боб.

   — Каждую ночь, когда разбивались окна, как минимум два квартала на улице оказывались пропущенными! Ни единого разбитого стекла!

   Пит вглядывался в карту.

   — Ты хочешь сказать, что каждый раз, когда этот стеклобой движется по улице, он проскакивает пару кварталов?

   — Верно, — кивнул Юпитер. — Вот, посмотри на желтые кнопки вдоль Валерио-стрит, где мы сидели в понедельник вечером. Три пропущенных квартала, и один из них — тот, где мы сторожили.

   — Господи, Юп, да почему же? — нахмурился Пит.

   — Пока не могу сказать, — отозвался Юпитер, — но поскольку эта закономерность установилась раньше, то к нашей засаде это, по-видимому, отношения не имеет. Квартал наш был пропущен в ту ночь по другой причине, так же как другие кварталы в другие ночи.

   Боб изучал карту.

   — Я не вижу ничего общего у пропущенных кварталов. Не то чтобы они были в какой-то конкретной части города или хотя бы поблизости один от другого. И в разных рядах они расположены по-разному, но то что, скажем, пятый и шестой в каждом ряду.

   — Кое-что общее у них есть, — возразил Юп, — Они всегда последовательные. Идут один за другим.

   Боб и Пит, взглянув на карту, кивнули. Пропуски в рядах цветных кнопок всегда шли один за другим. Пока трое друзей размышляли о том, что могла означать эта деталь, в дверь, ведущую от прохода, тихо постучали: три, один, два. Боб открыл боковую дверь, и в комнату торопливо вошел Пол Джейкобс.

   — Извините, что опоздал, ребята. Я пытался рассказать отцу про результаты «Дух-за-Духа», но он и слушать не стал.

   — Взрослые, — заметил Юпитер, — бывают на редкость твердолобыми.

   — Ага, — произнес Пол с оттенком сомнения. — Как бы то ни было, Уортингтон с «роллс-ройсом» уже у ворот.

   — Тогда пора выходить на дело, — объявил Юпитер.

Обвинение

   Пока огромный «роллс-ройс» плавно катил по вечерним улицам Роки-Бич, Уортингтон заговорил через плечо:

   — Вчера утром у нас в арендном агентстве произошла странная вещь, мистер Джонс. Кто-то позвонил и сказал, что непременно хочет отыскать четверых ребят, которых видел едущими в нашем позолоченном «роллс-ройсе». Сам он назвался мистером Тойотой и объяснил, что ему для рекламной фотосъемки нужны четыре типично американских мальчика, из которых один — вы уж не обессудьте, мастер Джонс, — должен быть довольно полным. Желая помочь, наш клерк дал ему ваш адрес на свалке.

   Четверо на темном заднем сиденье быстро переглянулись.

   — Это, наверное, тот тип нас выслеживал! — сказал Боб.

   — Вы не могли бы описать его голос, Уортингтон? — спросил Юпитер.

   — Клерк сказал, что голос звучал приглушенно, как будто связь была плохая, но тембр был определенно высокий, акцент — восточный. Однако я подозреваю, что наш клерк не специалист по акцентам.

   — Похоже, он старался изменить голос, — сказал Боб.

   — Согласен, Исследователь, — кивнул Юпитер.

   — Но ведь это означает, — сообразил Пол, — что кто-то все-таки высмотрел нас в понедельник вечером! Может, поэтому ничего и не случилось.

   Юпитер на мгновение задумался.

   — Нет, по-видимому, он видел нас в «роллс-ройсе». Значит, это было либо до, либо после засады. Если до, то он не мог знать, куда мы направляемся — ведь мы еще не добрались до Валерио-стрит. А если после, то что-либо изменить было уже поздно. Кроме того, он пропускал кварталы еще до того, как мы взялись за расследование.

   — Ты прав, — согласился Пол. — Так что это ничего не означает.

   — Напротив, — возразил Юпитер, — это может оказаться очень важным. Если наш взломщик имеет какое-то отношение к разбитым стеклам, то, значит, кого-то наше расследование сильно беспокоит!

   — Подъезжаем к Валерио-стрит, джентльмены, — негромко вставил Уортингтон.

   Ребята в темпе повторили все, что они проделали в понедельник, и вскоре Пит, Боб и Юпитер уже сидели за теми же самыми кустами через улицу от дома 142 и приготовились следить. Пол направился по дорожке к дому приятеля, а Уортингтон пошел прочь по улице.

   Вскоре появилась высокая женщина с датским догом, все с той же тростью с серебряным набалдашником. Она снова остановилась полюбоваться «роллс-ройсом», снова замахнулась тростью, когда нетерпеливая собака попыталась утянуть ее за собой.

   — А ну стоять, Гамлет!

   Мальчишки за кустами едва удержались от смеха, глядя, как долговязый питомец тащит хозяйку прочь. Снова все затихло. Проезжавшие мимо машины не только не останавливались, но, даже не снижали скорости. Затем из темноты вынырнул давешний велосипедист, рассекая ночь лучом фонаря. В этот раз он даже не остановился полюбоваться мерцающим «роллсом». Напоминая в своих очках и шлеме диковинного космического пришельца, он проехал мимо и скрылся из виду в следующем квартале.

   Трое за кустами: продолжали ждать.

   Было уже за десять, когда из-за угла на Валерио-стрит медленно выехал яркий, как попугай, «Фольксваген». Выкрашенный в желтый и лиловый цвета, с побитыми крыльями и едва не отваливающимся бампером, грохоча всей и деталями, он приближался «роллс-ройсу». В тот момент, когда две машины поравнялись, из окна «Фольксвагена» вылетел и закатился под «Роллс» какой-то предмет!

   — Они что-то подбросили под «роллс»! — воскликнул Пи г.

   — Что это было? — возбужденно крикнул Юпитер.

   Оставив свое прикрытие, сыщики бросились через улицу к «роллсу». Заглянув под машину, они разглядели пакет из плотной бумаги, в котором что-то лежало. Пит лег на живот и вытащил пакет наружу.

   — Скорее, Второй! — торопил его Юпитер.

   Пит поднялся и вскрыл пакет. При виде содержимого лицо у него вытянулось.

   — Банка от пива, — разочарованно сказал он. — Они просто выкинули пустую пивную банку.

   С этими словами он небрежно отшвырнул банку через плечо

   — Второй! — рявкнул Юпитер.

   От расстройства Пит, не подумав, бросил банку назад, прямо в «роллс-ройс»! Она попала в заднее стекло блестящей машины, отлетела от него и, подскакивая, покатилась по мостовой.

   — Ух, — выдохнул Пит. — Хорошо, что она не…

   Внезапно тихий вечер взорвался звуками. Засвистели свистки. Со всех концов улицы закричали разные голоса. Полицейские в форме выскочили из-за деревьев и кустов в палисаднике дома справа, выпрыгнули из-за изгороди у дома слева. С обеих сторон

   В мгновение ока подъехали полицейские машины с красно-белыми мигалками на крыше и включенными на всю катушку сиренами.

   Все они — и люди, и машины — надвигались на троих мальчишек, окаменевших возле «роллс-ройса». Буквально через несколько секунд они уже были в руках полицейских, и окружении рассерженной толпы. Подошел мрачный сержант.

   — Ну что, попались наконец, хулиганы!

   Пока ребята стояли, потеряв от неожиданности дар речи, из-за спин окруживших их полицейских: раздался разъяренный голос:

   — Бандиты малолетние! Воры! Пакостники!

   Полицейские расступились, и на юных сыщиков, прихрамывая, начал наступать размахивающий палкой старик с горящими глазами. На нем был старый помятый черный костюм и черный узкий галстук, через жилетку тянулась золотая цепочка от часов. Старик отмахнулся от своих спутников — молодого мужчины и девушки лет восемнадцати, которые, похоже, пытались сдержать его, — и подступил к ребятам вплотную.

   — Воры! Где мой орел?

   Из патрульной машины с мигалкой на крыше вылез невысокий щеголеватый лейтенант. Его лейтенантская нашивка на воротнике казалась новенькой, с иголочки.

   — Ну что, троица, будете рассказывать, зачем били стекла в машинах? — спросил лейтенант, грозно глядя на них. — Просто для развлечения или за этим стоит что-то еще?

   — Заставьте их сказать, где мой орел! — продолжал бушевать старик.

   Пит сглотнул и, заикаясь, начал.

   — Мы не били никаких стекол. Мы пытались найти…

   — Только не пытайся врать, пацан, — сказал сержант.

   Боб возмутился:

   — Послушайте, мы же сами ловим этого стеклобоя! Мы детективы!

   — Вы совершаете серьезную ошибку, сержант, — сказал Юпитер сердито. — Если вы взглянете на наши документы, все быстро встанет на свои места.

   Юпитер потянулся к своему карману. Полицейские насторожились и схватились за пистолеты.

   Щеголеватый коротышка-лейтенант ткнул пальцем в сторону Юпитера:

   — А ну стоять! Руки прочь от карманов!

   Юпитер застыл. Пока все стражи порядка были заняты им, за спиной у них происходило что-то еще. Сквозь толпу проврался полицейский, ведя за собой Пола Джейкобса.

   — Еще один попался, лейтенант! Прямо на нас вышел и говорит, что он приятель этих троих.

   — Я его знаю! — закричал старик с палкой. — Он тут был всякий раз, когда в грузовике разбивали стекло!

   — Да это же отцовский грузовик! — запротестовал Пол. — Я на нем и приезжал!

   Лейтенант улыбнулся.

   — Полагаю, и «роллс-ройс» отцовский, так, парень?

   — Обыщите их! — потребовал старик. — Орел может быть у одного из них.

   Юпитер с высокомерным видом выпрямился и пронзил старика с клочковатыми растрепанными волосами обжигающим взглядом.

   — Мы ничего не разбивали и не крали, сэр.

   — И уж конечно не такую громадную птицу, как орел, — воскликнул Пит.

   — Он что, с ума сошел? — крикнул Боб. — Как бы мы смогли утащить орла!

   — Этот человек, — сказал Юпитер, — определенно потерял рассудок.

   Сержант рассерженно глянул на ребят.

   — Не пытайтесь умничать. Вы попались. Вас поймали с поличным за попыткой разбить банкой окно «роллс-ройса».

   — Это случайность, — настаивал Пит. — Я ее просто выбросил.

   — Да захоти мы разбить окно в машине, мы бы ваяли что-нибудь поувесистее, чем пустая пивная банка, — возразил Боб. — Она же легкая.

   — Из окна желто-лилового «Фольксвагена», который проехал мимо пару минут назад, выбросили бумажный пакет, — объяснил Юпитер. — Он попал под «роллс-ройс», и Пит вытащил его, чтобы посмотреть, что там внутри. Найдя всего лишь пустую банку, он от расстройства отшвырнул ее прочь и даже не взглянул, куда кидает!

   — Лжецы! — снова забушевал старик.

   Прежде чем кто-либо успел понять, что происходит. Он замахнулся палкой и ударил Юпитера но голове.

   Бабах!

   Потрясенный, Юпитер и не пробовал защищаться. На мгновение все будто онемели: Пит, Боб и Пол все еще были под неусыпным оком полицейских, а молодой человек и девушка стоили слишком далеко, чтобы попытаться остановить старика. Он снова занес палку.

   Но тут, раздвигая стоящих кругом полицейских, внезапно появился Уортингтон. Одним движением он перехватил палку в воздухе, вырвал ее у старика и отшвырнул прочь.

   — Не стоило бы вам бить мастера Джонса, уважаемый!

   Старик, моргая, посмотрел на Уортингтона и обернулся к полицейским.

   — Моя палка! — взвизгнул он. — Он на меня напал! Вы видели! Он их главарь!

   Окончательно выйдя из себя, старик замахнулся и на шофера, но Уортингтон положил руку на голову своего противника и спокойно держал его на безопасной дистанции, одновременно обращаясь к полиции.

   — Не могу ли я узнать, по какой причине вы задержали троих юных пассажиров и работодателей, — спросил элегантный шофер, — и из какого заведения для душевнобольных сбежал этот несчастный пожилой джентльмен?

   Сержант с лейтенантом оба уставились на невозмутимого шофера, который спокойно стоял, удерживая растрепанного старикашку одной рукой.

   — Это вы водитель «роллс-ройса»? — с подозрением опросил лейтенант.

   — Я, — подтвердил Уортингтон.

   — И вы говорите, что работаете на этих парнишек? — сказал сержант. — Они владельцы «роллс-ройса»?

   Кипящий гневом старик, слабо размахивая руками, все еще пытался дотянуться до Уортингтона:

   — Скорее, это они на него работают! Откуда мальчишкам знать, насколько ценен орел! Он вор! Арестуйте его!

   Уортингтон нахмурился и перевел взгляд на спутников старика, стоящих позади него.

   — Если вы имеете отношение к этому джентльмену, посоветовал бы вам увести его. Боюсь, пребывание здесь может оказаться вредным для его здоровья.

   Молодой человек и девушка поторопились схватить разбушевавшегося старика и отвести его в сторону. Уортингтон, тщательно отряхнув руки, снова повернулся к полицейским:

   — Нет, офицер, Трое Сыщиков не владеют «роллс-ройсом», а берут его напрокат в моем агентстве и являются, таким образом, моими работодателями на данный момент. Если вы желаете проверить эти факты, можете позвонить моему постоянному работодателю в фирму «Рент-н-Райд Авто Рентал».

   — Трое Сыщиков? — недоверчиво переспросил сержант.

   — Это название нашей сыскной фирмы, — высокомерно сказал Юпитер. — Как я уже пытался вас проинформировать, мы расследуем дело о разбитых стеклах. Вот почему…

   — Не слушайте этого жирного воришку! — заорал старик, вырываясь, из рук своих молодых спутников.

   — Могу подтвердить сказанное мастером Джонсом, лейтенант, — сказал Уортингтон, — и полностью поручиться за этих трех ребят.

   — Неужто они и в самом деле детективы? — спросил молодой человек. — Ведь они же еще мальчишки.

   — И мы видели, как они бросили банкой в «роллс-ройс», — сказала девушка.

   Лейтенант с сержантом посмотрели сперва на каждого из ребят, потом друг на друга. Лейтенант устало вздохнул.

   — Хоть бы кто-нибудь мог объяснить, что происходит!

   Позади, со стороны мостовой, раздался новый голос:

   — Пожалуй, я могу, лейтенант.

Украденный орел

   Сквозь толпу зевак к лейтенанту в. сержанту подошел шеф Рейнольдс, глава полиции Роки-Бич. Кивнув Трем Сыщикам и Уортингтону, он обратился к внезапно занервничавшему лейтенанту:

   — По крайней мере, могу заверить вас, Сэмюэльс, что все рассказанное вам ребятами и Уортингтоном — абсолютная правда. Это действительно детективная компания «Трое Сыщиков»; они часто берут в аренду «роллс-ройс»; они уж точно не стали бы бить стекла или красть что бы то ни было; и если они утверждают, что ведут расследование, — ну что ж, значит, так оно и есть.

   — Да, сэр, — сказал лейтенант Сэмюэльс.

   — Поскольку вам не приходилось раньше с ними встречаться, вам неоткуда было это узнать. Но если бы вы взглянули на их документы, то нашли бы там и мое поручительство.

   — Но мы же сами видели, как вот тот мальчишка повыше швырнул банкой в «роллс-ройс», — сказал, оправдываясь, лейтенант. — Уже два месяца мы устраиваем засады и вот наконец похоже было, что хулиганов все-таки поймали.

   — Согласен, вся эта история обескураживает, — признал шеф Рейнольдс и повернулся к Сыщикам: — А вас, ребята, как угораздило за это взяться?

   Юпитер рассказал ему про Пола Джейкобса с его грузовиком и про подозрение мистера Джейкобса, что его сын знает о разбитых окнах больше, чем желает показать.

   — Да боюсь, взрослые частенько бывают склонны подозревать молодежь в хулиганстве, — сказал шеф, поглядывая в сторону щеголеватого лейтенанта. — Даже полиция этим грешит.

   — А как долго полиция занимается этим делом, — спросил Юпитер. — Почему ваши люди сидели в засаде именно в этом квартале?

   — Расследование идет уже почти шесть недель, — объяснил шеф полиции. — С того момента, как стало понятно, что разбитые стекла не могут быть случайностью. Почему-то окна в машинах бьют по всему городу. Мои люди ведут наблюдение в разных местах. В этом квартале они сидят уже третью ночь.

   — Они что-нибудь заметили, шеф? — спросил Боб.

   — Нет, Боб. Абсолютно ничего подозрительного — то есть, ничего до сегодняшнего вечера. — Тут шеф ухмыльнулся. — Окна продолжают бить по всему городу, но только не в тех кварталах, где сидят мои люди.

   — Хм… — задумался Юпитер. — И у нас то же самое, хотя мы в засаде всего второй раз.

   — Шеф, а что за история с украденным орлом? — спросил Боб.

   Рейнольдс посмотрел на старика в черном костюме, который продолжал стоять, испепеляя взглядом ребят и полицию. Его редкие седые волосы были встрепаны. Наблюдая за происходящим, он снова начал размахивать палкой, которую кто-то вернул ему, и что-то сердито говорить своим молодым спутникам.

   — На прошлой неделе, — объяснил шеф полиции, — мистер Джарвис Темпл заявил о краже орла из запертой машины, вон там, за деревьями. Он по рассеянности забыл орла в машине. Ночью он вдруг вспомнил об этом и вышел на улицу забрать орла. Но оказалось, что боковое стекло со стороны пассажира разбито и орел пропал.

   — Но если окно было разбито, — сказал Боб, — может быть, орел просто улетел?

   — Нет, Исследователь, — оказал Пит, — он же наверное, был в клетке. Орлы очень опасны. Но я не представляю, как можно умудриться забыть орла!

   Старый Джарвис Темпл по-прежнему с подозрением взирал на ребят. Теперь он отделился от своих спутников и захромал вперед, все так же размахивая палкой.

   — Лжецы! Воры! Притворяются, что не понимают, о чем мы говорим! Скажут тоже, «птица»! Они знают…

   Внезапно глаза у Юпитера блеснули:

   — Конечно же! Вы не о живом орле говорили, а о монете! О редкой монете!

   — Да, это очень редкая монета, — кивнул шеф Рейнольдс.

   — Американская, — припомнил Юпитер. — Золотая монета номиналом в десять долларов, отчеканенная в начале девятнадцатого века, если я не ошибаюсь. На ней выбит орел, поэтому ее и называют «орлом». Пол-орла, или пятидолларовая золотая монета 1822 года, — одна из редчайших в мире.

   — Вы слышите! — взорвался Джарвис Темпл. — Этот негодяй все знает о монетах!

   — Юпитер обо всем вес знает, — с усмешкой сказал Пит.

   — Ну, почти обо всем, — улыбнулся шеф Рейнольдс. — Но уверяю вас, мистер Темпл, этот мальчик не вор.

   Джарвис Темпл надулся и снова смерил Юпитера взглядом. Его молодой спутник успокаивающим жестом дотронулся до его плеча и улыбнулся сыщикам и Рейнольдсу.

   — Мой дядя просто расстроен, шеф. Конечно, мы вам верим. Рад познакомиться с такими незаурядными юношами. Ребята, я Уиллард Темпл, а это моя двоюродная сестра Сара.

   Стоящая рядом девушка кивнула.

   — И сколько же стоит каш орел? — спросил Юпитер.

   — Вообще-то, — сказал Уиллард Темпл, — у нас был двойной орел.

   — Двадцатидолларовая золотая монета, — объяснил Юпитер. — Самая редкая, та, что была выпущена в 1840 году. Она всего одна и находится в собственности правительства. Однажды за нее предлагали миллион долларов, но правительство отказалось.

   — Да, — подтвердил Уиллард Темпл, — а монет 1853 года с тройкой поверх двойки всего три, и каждая оценивается в полмиллиона.

   — Что поверх чего? — непонимающе заморгал Пит.

   — Монета, датированная 1852 годом, с тройкой, выбитой поверх двойки, чтобы сделать ее монетой 1853 года, — объяснил Юпитер.

   — Правильно, — кивнул молодой Темпл. — Наша монета 1908 года со сверхвысоким рельефом. Известно всего несколько таких. Наша не была в обращении и на ней нет ли единой царапины. Она стоит по меньшей мере двести пятьдесят тысяч долларов.

   — А почему она вообще оказалась в машине? — заинтересовался Боб.

   — Мы привезли ее домой с выставки, — сказала Сара Темпл. — Дядя просто оставил ее на сиденье, когда вылезал из машины.

   Это была высокая стройная девушка лет восемнадцати-девятнадцати, одетая в армейскую рубашку и джинсы и даже в темноте не снявшая солнечных очков с большими стеклами. Она улыбнулась всем мальчикам, и особенно Полу. Ее дядюшка смотрел на нее так же сердито, как на ребят и полицейских. Похоже, сварливость была у него в характере.

   — Моя племянница любит гнать машину и постоянно держит там радио включенным. Это доводит меня до нервного истощения. Так любого нормального человека можно свести с ума! Хотелось поскорее выбраться из машины и отдохнуть, и я просто-напросто забыл коробку. Оставил ее на пассажирском сиденье. А когда пошел забрать ее, то еще на расстоянии я увидел разбитое стекло. И мой орел пропал!

   С видом человека, совершенно раздавленного утратой, Джарвис Темпл сел на край тротуара и обхватил голову руками. Племянник присел рядом, чтобы ободрить его. Уиллард Темпл был невысок, подтянут, лет двадцати с небольшим, с волосами светлее, чем у брюнетки Сары. На нем был строгий деловой костюм почти как у дяди.

   — Коллекционеры ужасно привязываются к своим монетам, — заметил Юпитер сочувственно.

   — Слушай-ка, — сказал Пит, — а ты не думаешь, что все окна разбивают для того, чтобы стащить что-нибудь из машин?

   Юпитер покачал головой:

   — Нет, Второй, в машинах, припаркованных на улице, особых ценностей быть не должно.

   — И к тому же, — заметил Пол Джейкобс, — из нашего фургона ничего не украли.

   — И из отцовской машины тоже, — добавил Боб.

   Уиллард Темпл снова поднялся.

   — Но зачем кому-то нужно разбивать в машинах стекла?

   — Эго, наверное, организованная воровская шайка, — сказала Сара.

   Шеф Рейнольдс отрицательно качнул головой:

   — Нет, ребята правы. Ни от одного из владельцев машин не поступало заявления о краже. Большинство поврежденных машин даже не были заперты. Гораздо вероятнее, что мы инеем дело с самым обыкновенным хулиганством.

   — Не уверен, шеф, — возразил Боб. — Разве вы за это время не поймали бы обычных хулиганов? Или хотя бы не отпугнули их?

   — И к тому же у обычного хулиганства обычно не бывает устоявшегося почерка, ведь так, шеф? — задумчиво спросил Юпитер, после чего поделился с Рейнольдсом теми выводами, которые ребята сделали, изучая карту с разноцветными кнопками.

   — Понедельники и среды и всегда по прямой? — сказал шеф полиции, морща лоб. — Действительно, похоже на устоявшийся почерк. Но почему? В такой организации нет никакого смысла, если кому-то просто хочется бить стекла. За этим что-то кроется.

   — Настоящая головоломка, сэр, — признался Юпитер. — И все же я убежден, что у нее есть простой ответ. Вы разрешите нам продолжать расследование, шеф?

   — Не думаю, что мне удалось бы вам помешать, — сказал шеф полиции с улыбкой. — Но будьте осторожны, ребята. Помните, где-то там разгуливает вор с монетой ценой в четверть миллиона. Если вы обнаружите что-то связанное с этим орлом, немедленно позвоните мне. Сами ничего не предпринимайте. Ясно?

   Шеф Рейнольдс обвел взглядом всех ребят по очереди. Все кивнули.

   — Конечно, шеф, — сказал Юпитер. — А не могли бы вы показать нам отчеты обо всех ваших засадах?

   — Сожалею, Юпитер, но это конфиденциальная полицейская информация.

   Юпитер в замешательстве покусывал нижнюю губу

   — Шеф, — спросил Боб, — а ничего, если репортеры из папиной газеты поговорят с полицейскими, сидевшими в засаде? Поспрашивают их о том, что случилось?

   В глазах у шефа полиции мелькнула веселая искорка.

   — Ну что ж, не вижу ничего плохого. Значит, свобода прессы? Но вы понимаете, конечно, что у репортеров должны быть соответствующие удостоверения?

   — Ну, у нас… — Боб запнулся и хихикнул. — То есть, я хочу сказать, у них; все удостоверения будут в порядке, сэр.

   Рейнольдс рассмеялся, но сразу же посерьезнел снова.

   — По правде говори, ребята, мои люди и я сам проштудировали эти рапорты по многу раз и ничего существенного не нашли. Боюсь, что и вы просто потеряете время.

   — Можете, и так, сэр, — сказал Юпитер, — но мы хотели бы попробовать. Никогда не знаешь, что может заметить свежий взгляд.

   Шеф полиции сдержанно кивнул, но глаза его под полями форменной шляпы снова весело блеснули.

Репортеры на день

   На следующее утро, еще не было восьми, все четверо ребят собрались у Боба. Ответственный за документацию и исследования объяснил отцу, что от него требуется, и мистер Эндрюс сумел выправить настоящие удостоверения представителей прессы.

   — Я официально нанимаю вас стрингерами — независимыми репортерами — с оплатой один доллар в день. Вам поручается проинтервьюировать полицейских в связи с поисками неизвестного, разбивающего окна в машинах.

   Мистер Эндрюс протянул каждому, чек на один доллар и официальные карточки прессы.

   — Пускай всего на один день, но вы официальные сотрудники моей газеты.

   — Спасибо, па, — сказал Боб. — Ты нам очень помог, честное слово.

   Остальные юные ищейки хором тоже выразили благодарность. Затем все четверо сели на велосипеды и направились прямиком к полицейскому управлению. Пол Джейкобс ехал на старой ржавой развалине, откопанной им в гараже.

   Каждый из нас войдет туда сам по себе и попросит разрешения взять интервью у полисмена, принявшего участие в засаде. Предъявите вашу карточку, если кто станет возражать, скажете, что шеф Рейнольдс разрешил. Таким путем мы выйдем на четырех разных человек, — объявил по пути Юпитер.

   — И о чем мы будем их спрашивать, Юп? — поинтересовался Пит.

   — Мы: хотим узнать, не видели ли они чего-нибудь необычного, не было ли каких-то происшествии, — сказал Юпитер. — Но главное, нам нужно, чтобы они постарались припомнить всех, кто проходил или проезжал мимо в каждую из этих ночей.

   Сперва в здание управления вошел Пит, за ним Боб. К тому моменту, когда Юпитер преследовал внутрь вслед за Полом и подошел к дежурному сержанту, потребовалось все его красноречие вместе с не слишком тонким намеком на звонок шефу Рейнольдсу, чтобы Первому Сыщику было наконец позволено задать вопросы полисмену.

   Пит отыскал молодого патрульного возле его машины, когда тот как раз собирался выехать на маршрут.

   — Засады из-за разбитых стекол? Абсолютно ничего не дали. Вообще ничего подозрительного, понимаешь? Впустую потратили время. Надо было заниматься делом, настоящими преступлениями, а не устраивать засады на всякую мелюзгу.

   — А вы уверены, что это дети бьют стекла? — спросил. Пит.

   — Не иначе, Креншоу, — сказал молодой полисмен. — А я в патрульных всю жизнь сидеть не собираюсь, не сомневайся. Так что засады на каких-то гаденышей, которые крошат в машинах стекла, — совсем не то, что я считаю важной полицейской работой. Ну, а как насчет прохожих? Вы многих заметили?

   — Да, народу мимо ходило много, — ответил патрульный. — Мы только это и видели — идут, и идут, и идут! Никто даже не остановился. Никто ничем в машины не швырял — ни молотком, ни еще чем не замахивался.

   — А кто именно проходил мимо, вы не припомните?

   — Да помню, конечно. Я их всех помню. Я собираюсь очень скоро выйти в детективы, так что уж, будь уверен, помню. Всех существенных, по крайней мере.

   — Я запишу, — сказал Пит, открывая свой блокнот.

   Молодой полисмен взглянул на блокнот и нервно прочистил горло.

   — Ну что ж, приступим. В первую ночь, что был в засаде, подъехал один пожилой в «Кадиллаке». Какое-то время ошивался вокруг, пока из дома к нему не вышла дама и они не уехали вместе. Потом… а, да, две старушки с собаками и двое на велосипедах. Один был в шлеме, в очках и слушал через наушники что-то, что лежало у него в рюкзаке. А знаешь, наушники, между прочим, опасны. Во многих штатах запрещено законом управлять машиной в наушниках, мотоциклом и велосипедом.

   — А еще кого вы видели? — настаивал Пит.

   — Разный народ там крутился. Да чего там, мы же знали, что это мальчишки проказят, зачем же было тщательно следить?

   Сержант, который устроился с Бобом в одной из комнат для допросов, предложил ему «колу» и улыбнулся. Ему уже приходилось встречаться с сыщиками.

   — Значит, в репортеры подался, Боб? Я-то считал, что вы все детективы.

   — Детективы, сержант Тревино, но нам важно узнать, что вы видели, сидя в засадах. Шеф Рейнольдс сказал, что рапорты нам читать нельзя.

   — Да, без постановления суда нельзя, — согласился сержант. — А шеф знает, что вы заделались репортерами?

   — В какой-то мере это была его затея. Свобода Прессы, и все такое прочее.

   Полицейский рассмеялся:

   — Ну, ладно, тогда давай свои вопросы.

   — То, что вы не видели, кто бил стекла, нам известно, сэр, но может, что-то вызвало у вас подозрения?

   — Ничего хотя бы сколько-нибудь подозрительного не замечено, — сказал сержант. — Все, кто останавливался, жили в этом квартале. Они просто парковались и шли по домам.

   — А люди и машины, которые шли или ехали мимо? Что-нибудь запомнилось?

   — Конечно. Я все записал, — сказал сержант, вытаскивая из кармана рубашки маленькую записную книжку и листая странички. — Двое мужчин в зеленом «Кадиллаке» проехали мимо; бородатый мужчина в сером «Фольксвагене»; парнишка на велосипеде развозил газеты; две пожилых дамы и с ними мальчишка с рогаткой; четверо выгуливали собак; еще…

   — А был кто-то с тростью с серебряным набалдашником и датским догом? Из этих собачников, я имею в виду?

   Сержант Тревино справился со своей книжкой.

   — Нет, было два пуделя, а также шнауцер и доберман.

   — А-а… — протянул разочарованный Боб.

   Сержант продолжал читать свои записи:

   — Двое мальчишек в форме детской спортивной лиги перекидывались мячом; длинноволосый юноша в «порше»; человек со шлемом, защитными очками, рюкзаком и наушниками — этот ехал на велосипеде; трое из байкерской шайки «Серая смерть»; два джипа «шевроле» — похоже, что один гнался за другим; четверо бегунов в спортивных костюмах; трое мужчин — очевидно, поздно возвращались с работы; почтальон спецдоставки; трое мальчишек в скаутской форме — вышли, а часа через два вернулись; двое бродяг…

   Пол проводил свое интервью в раздевалке: невысокого роста патрульный, отработав смену, переодевался в гражданское, то и дело посматривая при этом на часы.

   — Слушай, парень, мне пора ехать. В этих засадах ровным счетом ничего не случилось.

   — Я постараюсь побыстрее, сэр, — сказал Пол.

   Патрульный поморщился.

   — Ну ладно, что ты хотел спросить?

   — Мы знаем, что стекол при вас никто не бил, но, быть может, вы заметили что-нибудь подозрительное или хотя бы просто необычное?

   — Нет, абсолютно ничего. — Он снова взглянул на часы, натянул второй мотоциклетный ботинок и встал, готовясь уходить.

   Пол заторопился.

   — А вы не могли бы описать, кого видели за эти ночи? — спросил он неуверенно. — Ну, то есть всех, кто проходил или проезжал мимо засады?

   — Всех? — патрульный уставился на Пола.

   — Да, сэр, если бы вы постарались вспомнить.

   — Да ты что, парень, шутишь? Всех, кто просто проехал мимо? — Он зевнул. — Слушай, я свой рапорт сдал. Ничего не происходило. А сейчас у меня есть дела. Ясно?

   — Извините. Наверное, действительно трудно вспомнить, ведь прошло немало времени.

   Невысокий полицейский остановился и обернулся к Полу.

   — О чем это ты? Думаешь, я не помню эти засады? По крайней мере, все, что стоило запомнить, я запомнил. К примеру, все эти ложные тревоги.

   — Ложные тревоги? — быстро переспросил Пол.

   Полицейский кивнул.

   — Несколько было просто классных.

   — Расскажите, пожалуйста, — попросил Пол. Усталый офицер еще раз взглянул на часы и вздохнул.

   — Ну ладно. Во-первых, старенький пикап. В кузове сидела целая орава ребятишек, пели, галдели на все лады. Проехали примерно до середины того квартала, где мы сидели, остановились и вылезли из грузовика. Мы уж почти решили, что вот сейчас они примутся колотить стекла. Но они просто начали играть в дикие салочки — перелезали через заборы и через пожарные гидранты, кусты, даже через машины, пока не добрались до угла. Потом залезли обратно в грузовик и уехали.

   Пол записывал все в блокнот. Усталый полицейский снова зевнул и продолжил:

   — Потом было трое панков на мотоциклах из «Серой смерти». Эти подъехали на малой скорости и начали выписывать на мостовой восьмерки, заглядывая в окна всех машин подряд, как будто высматривали, что стащить. И все же ни разу не остановились. И так, кренделями, и укатили дальше.

   Пол записал сказанное и кивнул. Молодой патрульный снова вздохнул.

   — Ну и, наконец, был этот долговязый, словно чудик из космоса — с наушниками и на спортивном велосипеде. Он вроде притормозил и, похоже, собирался что-то вытащить из-под майки, но потом снова набрал скорость и умотал.

   Когда полицейский умолк, Пол еще некоторое время записывал и кивал. Подняв голову, он увидел что остался один. Усталый патрульный отправился домой.

   Щеголеватый лейтенант Сэмюэльс посмотрел Юпитеру пряно в глаза.

   — Скажу тебе откровенно, Юн, не верю я пацанам, которые считают себя умниками, способными раскрыть преступление. Только крутятся под ногами у настоящих полицейских.

   — Очень жаль, если вы так думаете, сэр, — вежливо сказал Юпитер. — Однако шеф Рейнольдс, как нетрудно было заметить, с вами не согласен. В ряде случаев, мы смогли оказать ему существенную помощь.

   На щеках у лейтенанта выступил румянец.

   — Ты и в самом деле думаешь, что вы не хуже обученных полицейских?

   — Может быть, сэр. Но иногда нам удается такое, его полиция сделать не в состоянии, и именно потому, что мы дети.

   Сэмюэльс смерил упитанного сыщика взглядом и сел за стол в своем крошечном кабинете. Юпитеру он сесть не предложил.

   — И чего же ты хочешь от меня?

   — Простого описания всех, кто проходил или проезжал мимо ваших засад.

   — И это все? — спросил лейтенант с сарказмом. — Ты же понимаешь, что всех их никто не помнит, а письменный рапорт — часть официального отчета, и шеф вам сказал, что информация эта конфиденциальна.

   — Он сказал, что сам отчет конфиденциален, — возразил Юпитер, — но разрешил при этом расспросить, вас обо всем, что вы там написали, а я уверен, что вы вели подробные записи.

   Чувствуя, что попал в ловушку, лейтенант заерзал в кресле. Потом сердитые его глаза просветлели.

   — Ну ладно, только через пять минут мне выходить на дежурство. Можешь вернуться через восемь часов, когда я закончу, или я попрошу машинистку перепечатать информацию из моих записей, когда она выберет время, а ты посиди и подожди снаружи.

   Юпитеру ничего не оставалось, как дожидаться в коридоре. Даже шеф Рейнольдс согласился бы с тем, что работа лейтенанта важнее. Ждать пришлось больше трех часов, а Сэмюэльс время от времени ходил мимо и мстительно улыбался. Остальные ребята давно закончили интервью и ушли, когда Юпитер наконец получил перепечатанные записи. Наскоро проглядев их, он встал и заторопился к велосипеду.

Хулиган-невидимка

   — Тот самый велосипедист! — воскликнул Пит.

   — В шлеме, и очках, с рюкзаком, с наушниками на голове! — вторил ему Пол.

   — Все опрошенные видели, как он проезжал мимо их засад, — сказал Боб, — и мы тоже видели его оба раза.

   Этот хор голосов приветствовал Юпитера, когда он через туннель 2 и откидной люк проник в штаб-квартиру. Предводитель сыщиков сел и снова уставился на большую карту, испещренную прямыми рядами разноцветных кнопок.

   — Лейтенант Сэмюэльс его тоже видел, — заметил Юпитер, — но ни мы, ни лейтенант не заметили, чтобы он хоть как-то действовал. Кто-нибудь из ваших полицейских видел, как он разбил окно? Или вообще совершил что-нибудь подозрительное?

   — Знаешь, — отозвался Пол, — патрульный, с которым я беседовал, сказал, что в какой-то момент велосипедист вроде бы собирался что-то вытащить из-под майки.

   — И в первую ночь нашей засады он остановился и кружил, разглядывая «роллс-ройс», — добавил Боб.

   — Но делать он так ничего и не делал, — возразив Юпитер. — Возможно, он откуда-то ездит, но вечерами для разнообразия всякий раз выбирает новую улицу.

   — Ты хочешь сказать, что это просто совпадение? — спросил Пит разочарованно.

   — С другой стороны, — продолжал Юпитер, загораясь, — он единственный, кого видели во всех известных нам заездах. И поскольку в тех кварталах, за которыми наблюдала полиция, ни одного стекла не разбили, тот факт, что его не застали за этим занятием еще не означает, что его следует исключить.

   — Ты думаешь, Юп, стеклобой знает, где укрывается полиция? — спросил Боб.

   — Похоже на то! Исследователь, — кивнул Юпитер.

   — Но и там, где мы сторожили, окон никто не бил, — сказал Пит.

   — Так ведь полиция была и в нашем квартале, — напомнил Юпитер.

   — Ты считаешь, что про нас он не знал, но знал про полицейских?

   — Именно так, — отозвался Юпитер. — На данный момент этот велосипедист — наш главный подозреваемый. Осталось только доказать, что он виновен.

   — Отлично, — сказал Пит. — И как мы это докажем?

   — Ты что-то придумал, Первый? — спросил Боб.

   Прежде чем Юп успел ответить, Пол, который выглядел все более растерянным, вмешался в разговор.

   — Но послушайте, — сказал он. — Если окна действительно бьет этот велосипедист, почему я его не замечал? Я хочу сказать, если он не останавливается и не лупит по стеклам какой-нибудь штуковиной, то как же он их разбивает? А если останавливается, го почему я его не видел в тот вечер, когда услышал звон стекла?

   Боб посмотрел на Юпитера.

   — А как вообще можно разбить окно с движущегося велосипеда, Первый?

   — Или, остановившись, расколотить его так, чтобы тебя никто не заметил? — спросил Пит. — Разве ты умеешь быть невидимкой. — Второй Сыщик поперхнулся. — Забудьте, что я сказал, ребята.

   — Думаю, Второй, что невидимость надо исключить. Возможна разве что психологическая невидимость, — сказал Юпитер и повернулся к Полу: — Когда ты слышал, как разбилось стекло в твоем грузовике, ты никого не видел возле него? Может, все же кто-то проходил или проезжал? Или даже уже проехал, когда раздался звон. Что-нибудь движущееся не мелькнуло дальше но улице? Что-то, что ты вроде бы видел и как бы не видел.

   Пол наморщил лоб и прикрыл глаза, вероятно пытаясь в деталях восстановить в голове тот вечер.

   — Как я и говорил, возле грузовика я никого не видел. И уверен, что на улице тоже никого не было. То есть, я не видел… — голос мальчика прервался, на лбу углубились складки, — Подождите! Пожалуй что-то… вроде как двигалось на улице, впереди грузовика. Ну просто… двигалось, понимаете? Не машина, ничего такого, просто… что-то.

   — Впечатление, которое ты не вполне помнишь? — подсказал Юпитер.

   — Я действительно что-то видел, — кивнул Пол, стараясь восстановить в памяти темную улицу. — Но только… я забыл, что вообще что-то видел, сразу же, как это «что-то» исчезло.

   Юпитер кивнул.

   — У нас у всех есть тенденция не замечать вещи, или людей, или явления, если они нам знакомы и привычны, почти каждый день перед глазами. Настолько привычны, что со временем мы видим их, как бы не сознавая этого. И забываем о них, как только они пропадают из виду. Почтальон, мусорщик, мальчишки-посыльные, уличные торговцы, просто какой-то человек на велосипеде. Особенно если нас отвлекает звон разбитого стекла. Мы видим велосипедиста, не придавая этому никакого значения, а вслед за тем разбивается окно. И мы не связываем этого человека с разбитым стеклом — окно полностью приковывает наше внимание. Мы забываем о том, что вообще видели какого-то там велосипедиста. Психологическая невидимость.

   — Но тогда получается, что он не останавливается, чтобы разбить окно, так, Первый? — сказал Боб. — Как же он это делает на ходу?

   — И как удается ему пропустить тот квартал, где сторожит полиция? — задумался Пит.

   — Пока мы знаем недостаточно, чтобы ответить на эти вопросы, — сказал Юпитер, — но у меня есть кое-какие идеи. Мне надо снова поговорить с шефом Рейнольдсом, и еще я хочу осмотреть грузовик Пола.

   — Сколько угодно, — откликнулся Пол. — Этим можно заняться в любое время. Грузовик сейчас в магазине — отец уехал по делам.

   — Но, Юп, — запротестовал Боб, — ты так и не сказал, как мы докажем, что окна бьет именно этот велосипедист — если это и вправду он?

   — Мы поймаем его с поличным, Исследователь, — объявил Юпитер. — И для этого снова воспользуемся Сетью «Дух-за-Духа».

   — Ты предлагаешь передать по Сети всем ребятам, чтобы они следили, где он появляется и что делает? — догадался Пит.

   — Именно так, — мрачно сказал Юпитер. — На этот раз мы точно знаем, за чем нужно следить. Если это и вправду он бьет стекла, то Сети будет нетрудно это доказать.

   — Если только он не заметит, что за ним следят, как это было с полицией, — сказал Пит. — Может, у него какое-нибудь рентгеновское зрение. Или инфракрасные глаза, которые видят в темноте. Может, он ясновидящий или экстрасенс и просто чувствует, когда люди за ним наблюдают.

   — Подозреваю, Второй, загадка о том, как он узнает про полицейские засады, решается гораздо проще, — сказал Юпитер. — Как бы то ни было, мы не можем привести план в исполнение до следующего понедельник. До тех пор стеклобой на охоту не выйдет.

   — Может это даже к лучшему, — заявил Пит. — На выходные уеду с родителями.

   — А мне надо присматривать за магазином, пока отец не вернется, — сказал Пол, — так что все выходные буду занят.

   — Тогда предлагаю сейчас пойти и осмотреть твой грузовик, — предложил Юпитер.

   Они добрались уже до середины прохода 3, когда; зазвонил телефон. Удивленные друзья переглянулись. За исключением дней, когда работала Сеть «Дух-за-Духа», в штаб-квартиру практически никто не звонил. Юпитер включил громкоговоритель телефона.

   — Трое Сыщиков, — объявил он как можно более внушительно.

   — Э… — начал неуверенный голос, показавшийся им знакомым, — не могу ли я поговорить с мистером Юпитером Джонсом?

   — Юпитер Джонс у телефона, — веско ответил предводитель сыщиков.

   — А, это вы, Юпитер. Это Уиллард Темпл. Мы встретились прошлой ночью возле дома моего дяди Джарвиса.

   — Я помню, мистер Темпл. Чем могу быть полезен?

   — Вы понимаете, дядя размышлял над тем, что шеф Рейнольдс рассказывал о вас с друзьями, и он подумал, не нанять ли вас для розыска орла. Он попросил позвонить нам и узнать ваши расценки.

   — У нас нет расценок, мистер Темпл. Мы просто стараемся помочь людям решить их проблемы, а если они потом хотят чем-то помочь нашей работе, то мы не возражаем.

   — Понимаю. Ну что ж, это вполне резонно. Только, знаете ли, дядя еще не вполне уверен. Не смогли бы вы подъехать к нам поговорить?

   — Сейчас? — сказал Юпитер. — Ну что ж, ладно.

   — Вы знаете наш дом? Номер 140 по Валерио-стрит.

   — Мы скоро будем, мистер Темпл, — сказал Юпитер.

   Остальные трое с энтузиазмом кивнули.

Странный разговор

   Дом сто сорок по Валерио-стрит стоял по соседству с тем, где жил приятель Пола. Он был почти полностью скрыт от глаз деревьями и кустами, за которыми прошлой ночью сидела в засаде полиция. Ребята оставили спои велосипеды на подъездной дорожке, где уж« стоял степенный „бьюик-седан“. В гараже в глубине двора виднелся древний „Кадиллак“, который, казалось, уже много лет не двигался с места. Его капот и лобовое стекло были закрыты чехлом.

   К дому между деревьями и кустами вилась посыпанная гравием дорожка. За такой массой зелени улица от парадной двери была почти неразличима. Юпитер позвонил, и четверо ребят стали ждать, когда им откроют. Никакого результата.

   — А он точно сказал приезжать прямо сейчас? — спросил Пит.

   — Сказал сейчас, — ответил Юпитер.

   Внезапно внутри дома раздались голоса, сердитые голоса где-то далеко в глубине. Юпитер снова несколько раз нажал на кнопку звонка. Дверь по-прежнему не открывалась, но голоса смолкли.

   — Может, звонок не работает? — сказал Боб.

   — А может, они вообще пользуются какой-нибудь боковой дверью, — предположил Пит.

   Ребята вернулись к подъездной дорожке и огляделись в поисках бокового или заднего входа. Со стороны гаража никаких дверей в дом не вело.

   — А это еще что? — сказал, всматриваясь, Пол.

   Во дворе позади дома стояла, вытянувшись к нему на трех длинных суставчатых ногах, тарелка четырех футов в диаметре.

   — Это спутниковая антенна, — сказал Юпитер.

   — Она принимает сигналы от спутников и может принимать программы и прямом эфире из Нью-Йорка, Европы и даже Китая. С такой антенной можно смотреть все каналы и не платить за кабельное телевидение.

   — Вот это точно во вкусе Джарвиса Темпла, — сказал Пит.

   — Ребята?

   Оклик раздался от парадной двери. Четверка поспешила обратно ко входу. Уиллард Темпл недоуменно озирался, стоя на ступеньках.

   — А, вот вы где.

   — Никто не отвечал, — сказал Юпитер, — и мы пошли поискать другую дверь.

   — Я был в задней половине дома, получал указания от дяди. Входите.

   Невысокий худощавый племянник старого Джарвиса Темпла повел их по широкому холлу в викторианском стиле с натертым до блеска паркетом. Через раздвижные двери они попали в просторную чопорную гостиную с унылой старомодной мебелью. Уиллард Темпл и в этот раз был одет в неизменный темный костюм. Он скованно улыбнулся гостям.

   — Дядя сегодня неважно себя чувствует, ребята, поэтому прилег отдохнуть. Он попросил меня обсудить с вами возможность вашего найма для поиска и возвращения орла.

   — Вообще-то, — сказал Боб, — мы уже занимаемся этим делом. Мы работаем с Полом над поимкой неизвестного, который бьет стекла в машинах, а это же самое.

   — Конечно, — сказал Уиллард Темпл. — Я совсем забыл.

   — Тем не менее, — быстро вставил Юпитер, — не вижу, почему бы нам не заняться и вашим орлом тоже. Если бы мы знали, где и кому можно продать монету, это могло бы помочь в поимке стеклобоя.

   — Ее, должно быть, чертовски трудно продать, — заметил Пит, — ведь о се существовании все знают, но знают, что она краденая. Кто же станет покупать такую?

   — Видишь ли, Второй, коллекционеры бывают не слишком чистоплотны, — сказал Юпитер. — Большинство, конечно, и прикасаться к ней не станут, но есть такие, которые захотят ее иметь при любых обстоятельствах. Просто иметь, видеть ее перед собой, никому этого не сообщая.

   Уиллард Темпл кивнул.

   — Он прав, ребята. Таких собирателей немного, но некоторые из них баснословно богаты и могут заплатить практически любую цену. А что до того, где можно продать эту монету, так для таких коллекционеров всегда найдется парочка беспринципных торговцев.

   — И все же, — сказал Юпитер, — продать ее нелегко. Вор должен звать, как найти такого нечистоплотного торговца или коллекционера.

   — Очень нелегко, — согласился Темпл. — Вору необходимо прекрасно ориентироваться в мире нумизматов.

   — А вы не могли бы назвать нам кого-то из этих продавцов краденого, — предложил Юпитер, — чтобы мы могли понаблюдать за ними?

   Молодой Темпл покачал головой, нервно приглаживая пальцами каштановый волосы.

   — Нет, боюсь, что я недостаточно знаком с нумизматикой. Сколько я ни пытался, мне так и не удалось как следует увлечься дядюшкиным хобби.

   — Тогда придётся спросить его самого, — сказал Юпитер.

   Уиллард Темпл моргнул.

   — Дядю? Э-э… пожалуйста. Как только он почувствует себя лучше, если он все же решит вас нанять.

   Юпитер оглядывал старомодную гостиную.

   — А мы могли бы посмотреть другие монеты вашего дяди? Чтобы представлять себе, что мы ищем? Здесь я никаких монет не вижу.

   — Э-э… нет, мы храним их в кабинете, — сказал Темпл, поглядывая на часы.

   — Так можно нам посмотреть монеты? — настаивал Юпитер.

   — Посмотреть? Да-да, конечно. Пройдите сюда.

   Он провел их из гостиной через прихожую к двери в глубине дома, которую открыл собственным ключом. Маленький кабинет был заставлен, мебелью темного дерева и книгами; пол покрывал тяжелый коричневый ковер, на котором стояли рядами застекленные витрины на ножках. В них, утопая в темно-синем бархате, были разложены всевозможные монеты. Уиллард Темпл указал на одну из витрин:

   — Вот тут американские монеты. В верхнем ряду слева — единственный оставшийся у дяди Джарвиса двойной орел. Но он совсем не такой ценный.

   Четверка друзей столпилась у витрины, чтобы получше рассмотреть большую монету в вельветовой ложбинке. Она поблескивала благодаря внутренней подсветке в витрине. На монете размером примерней с серебряный доллар был изображен в профиль летающий орел, взмахнувший крыльями выше головы, на фоне лучей восходящего солнца.

   — Когда она отчеканена? — спросил Боб.

   — Эта в 1909 году, — ответил Темпл. — Дата на обороте, вместе с фигурой Свободы. Монета превосходная, но стоит она всего около восемнадцати тысяч долларов.

   Пол присвистнул.

   — Неплохие деньги, на мой взгляд. Ведь монетам совсем не такая старая.

   — Важна не дата, а редкость и состояние. В начале века золотых монет чеканили не много, потому что бумажные деньги стали гораздо популярнее тяжелых металлических.

   — Но почему же ваш украденный орел стоит гораздо большие? — спросил Пол. — Четверть миллиона — невероятные деньжищи!

   — У украденной монеты сверхвысокий рельеф, что означает, что изображения орла и статуи Свободы сильно выступают над поверхностью. Дизайн тот же, что в обоих случаях, эскиз Огюста Сен-Годена, вариант со сверхвысоким рельефом чеканили только в 1907 году. Это поразительная по красоте исключительно редкая монета.

   — А в какой коробке был украденный орел? — спросил Боб.

   — Черный кожаный футляр для драгоценностей размером с пачку сигарет, с крышкой на двух петлях и нажимной защелкой, — объяснил Уиллард Темпл. — Внутри такой же бархат, как в витринах. Но сама монета была в прозрачном пластиковом футляре, чтобы предохранить ее от повреждений.

   Боб, Пит и Пол, слушая Темпла, не отрывали глаз от чудесного золотого кружка. Юпитер оглядывал комнату.

   — Сэр? — начал предводитель сыщиков. — Я не видел у вас в доме ни одного телевизора.

   — Дядя ненавидит телевидение, — рассмеялся Уиллард Темпл. — И дома у себя его не терпит.

   — Тогда зачем же у вас на дворе спутниковая антенна?

   — Антенна? — недоуменно заморгал племянник. — Так это для нашего с Сарой телевизора в малой гостиной. Дядя там прилег, а то бы я показал вам антенну в действии.

   — Понимаю, понимаю, — кивнул Юпитер. — Тогда нам, по-видимому, придется зайти в другой раз, или вы сами можете нанять нас от имени вашего дяди?

   — Думаю… — начал Уиллард.

   Внезапно дверь в кабинет широко распахнулась, в дверном проеме показался старый Джарвис Темпл собственной персоной, опираясь на палку и сверля ребят взглядом.

   — Что они делают в моем кабинете? — загремел старик и, хромая, двинулся в комнату. — Решают какую еще монету выкрасть при случае?

   — Нас пригласил сюда ваш племянник, — спокойно отозвался Юпитер. — Если мы возьмемся помочь вам найти вашего орла, нам надо знать, как он выглядит. А теперь, не могли бы вы сказать…

   — Помочь найти моего орла? — изумился взъерошенный седой старик. — Я бы вас к нему и на милю не подпустил! Прочь из моего дома!

   — Но ваш племянник… — начал Юпитер.

   — Он сам позвонил нам, — горячо вмешался Пит. — Сказал, что вы, возможно, захотите нанять нас! Мы бы не стали…

   Старый Джарвис побагровел:

   — Мой племянник лжец! Вас нанять! И в мыслях не было! Прочь, я сказал!

   Он угрожающе поднял палку и двинулся на ребят. Но прежде чем орудие успело опуститься на одного из них, в комнату ворвалась Сара Темпл и вырвала палку у разъяренного старика.

   — Дядя! Что вы делаете!

   Высокая девушка остановилась, дерзка палку и с ужасом глядя на дядю. Джарвис смерил ее гневным взглядом:

   — Не знаю, чем вы двое тут занимаетесь, — но я требую, чтобы эти малолетние преступники немедленно покинули мой дом!

   С этими словами старик вырвал свою палку обратно и, хромая, покинул кабинет. Уиллард и Сара в полной растерянности следили за его уходом. Темноволосая девушка — она была младше своего кузена, но на добрый дюйм выше его, — теперь была одета в красный купальник и плотные колготы, как будто только что прервала разминку. На ней были все те же громадные темные очки. Она печально посмотрела вслед старику.

   — Простите, ребята. У дядюшки случаются выпадения памяти — он перенервничал из-за пропажи орла. Я слышала, как он просил Уилларда позвонить, но сам он, видно, забыл. Пожалуй, нам не стоит официально нанимать вас, пока ему не станет лучше.

   Уиллард кивнул:

   — Если он снова передумает, я вам позвоню.

   Оставив внушительный викторианский дом за спиной, ребята направились по дорожке к своим велосипедам.

   — Вот это да! — сказал Пол. — Старик Джарвис совершенно забыл, что велел Уилларду нам позвонить.

   — Не знаю, не знаю, — с сомнением отозвался Пит. — Мне старик показался вполне в своем уме.

   — Да, — задумчиво согласился Юпитер, глядя на появившийся на стоянке возле дома маленький красный «датсун». — Ну, все равно, пошли-ка лучше посмотрим на грузовик Пола, пока не стемнело.

Снова «Дух-за-Духа»

   Серый крытый грузовик мистера Джейкобса стоял в аллейке позади его магазина подержанной мебели. Четверо ребят тщательно осмотрели сиденье, пол перед ним и всю кабину.

   — Думаю, что скрепкой для бумаг никакого стекла не пробить, — сказал Пит, поднимая найденную им под сиденьем согнутую скрепку.

   — Навряд ли Второй, — сухо отозвался Юпитер.

   — А как насчет пустых банок из-под лимонада? — вступил в разговор Боб, найдя в кузове несколько упомянутых предметов.

   — У меня от работы всегда просыпается жажда, — со смехом признался Пол. — А потом я забываю выбросить пустые банки. За это отец на меня тоже злится.

   — А это что такое? — спросил Пит.

   В руке он держал маленький, потерявший форму кусочек серовитого металла размером с канцелярскую кнопку.

   Боб взял кусочек в руки.

   — Похоже на маленькое круглое грузило для ловли окуня.

   — Грузило, на которое наступили и сплющили его, — сказал Пол, изучая находку.

   — Или оно сплющилось от удара обо что-то, — заметил, вглядываясь в комочек металла, Юпитер. — Только это не свинец, и похоже, что до удара оно было полым, по крайней мере, отчасти.

   — А может, — предположил Пит, — это была верхушка маленькой линейки, или масленки, или флакона с клеем — чего-то в этом роде.

   Боб повертел сплющенный комочек в руках.

   — Видите, тут с одной стороны маленькие бороздки? Что-то знакомое, но никак не пойму, что именно.

   — Конечно, эта штуковина слишком мала, чтобы разбить ею окно, — сказал Пит. — Но я ее, пожалуй, все равно попридержу. Может оказаться, что это только часть чего-то.

   Пит засунул металлический комочек себе в карман, и ребята продолжили тщательный осмотр фургона. Там были и фантики, и мелкие монетки, и квитанции с заправочных станций, и всякая другая дребедень, которая накапливается на полу в машине. Но ничего такого, что могло бы влететь в машину, пробив стекло, не нашлось. Ребята еще раз бегло осмотрели грузовик и сдались.

   Уже вечерело, когда сыщики распрощались с Полом и направили велосипеды обратно на свалку. Возле конторы стояла тетя Матильда.

   — Юпитер, вам звонил некто Уиллард Темпл. Он просил передать, что его дядя определенно передумал и просит прощения за беспокойство. Уж не знаю, что он имел в виду.

   — Ах, черт, — расстроился Пит. — А я-то надеялся, что у нас будет настоящий платный клиент.

   — Или хотя бы вознаграждение, если мы найдем его монету, — согласился Боб.

   — Тетя Матильда, — медленно начал Юпитер, — а вы сегодня не заметили ничего странного в окрестностях свалки? На телефонный столб никто не лез? Странного? Совершенно ничего, — ответила та.

   — Ну, может, и не странного, — сказал Юпитер. — Вот на тот столб никто не залезал?

   Он указал на телефонный столб, откуда ответвлялись все провода, ведущие на территорию свалки.

   — Никто, — покачала головой тетушка, — за исключением телефониста, конечно.

   — А когда это было, тетя? — быстро спросил Юпитер.

   — Вскоре после полудня. А что? Кажется, еще до того как вы уехали, но точно не скажу. Ну кто станет о6ращать внимание на телефониста.

   Когда сыщики отошли от тети Матильды на порядочное расстояние, Пит повернулся к Юпитеру:

   — К чему эти расспросы про телефониста, Первый?

   — Ты думаешь, он был вовсе никакой не телефонист? — спросил Боб. — Кто-то пытался подсмотреть, что делается на свалке?

   — Возможно, Исследователь, — ответил Юпитер. — Однако с этим придется подождать. Поскольку до вечера понедельника мы сделать ничего не можем, предлагаю вам двоим в выходные обдумать наш основной вопрос: действительно ли тот велосипедист бьет стекла? И если да, то как и почему? И еще: откуда он всегда узнает, где сторожит полиция?

   — И ты тоже собираешься заниматься только этим, Юп? — спросил Боб.

   — Если не считать визита к шефу Рейнольдсу, то да. Пит уезжает. Пол работает — особенно ничего и не сделаешь.


   К понедельнику всем четверым не терпелось приступить к активным действиям. Встретившись с утра в штаб-квартире, они потратили день на подготовку второй операции «Дух-за-Духа». Всем друзьям они подробно описали высокого человека на спортивном велосипеде и попросили передать это описание дальше по цепочке, с тем чтобы можно было следить за велосипедистом. Всем наблюдателям была дана команда по возможности оставаться в доме или, по крайней мере, следить из хорошо замаскированного укрытия. Потом Юп подсоединил автоответчик для записи поступающих сообщений и включил громкоговоритель. Все было готово к вечерней работе.

   Уже темнело, когда четверо ребят, отужинав, снова собрались в штаб-квартире. Они устроились вокруг автоответчика и стали ждать. Наступило и прошло восемь часов. Мальчишки ерзали и переговаривались друг с другом шепотом, будто кто-то мог их услышать… Или будто они тоже сидели в засаде, как многочисленные «Духи», объединенные в Сеть. Восемь пятнадцать. Восемь тридцать…

   Телефон зазвонил. Через громкоговоритель донесся первый голос:

...

   «Человек на велосипеде, в шлеме, защитных очках, с наушниками и рюкзаком — квартал 1400 по Олив-стрит. Только что разбилось стекло в машине! Я не видел, чтобы велосипедист что-нибудь делал!»

   Пит был сбит с толку:

   — Он ничего не делает!

   Телефон зазвонил снова: «Квартал 1300 на Олив, человек на велосипеде только что проехал мимо. Разбито переднее стекло у серого „форда“. Велосипедист не останавливался».

   — Он не останавливался! — воскликнул Пол.

   — Но когда он проезжает милю, стекла бьются, — возразил Боб.

   «Разбито окно у синего „Мерседеса“ в квартале 1200-по Олив-стрит. Велосипедист проезжал. Похоже, что-то вынул из-под майки».

   — Патрульный, с которым я говорил, — заметил Пол, — тоже упомянул об этом: мол, было похоже, что велосипедист собирается что-то достать из-под футболки!

   — Но что? — воскликнул Пит.

   — Подождите, давайте слушать дальше! — вмешался Боб.

   — В ближайших двух-трех кварталах, Исследователь, ничего произойти не должно. Следите! — сказал Юпитер.

   «Человек в защитных очках и наушниках на спортивном велосипеде только что проехал квартал 1100 Олив-стрит. Совершенно ничего не случилось».

   Все уставились на Юпитера.

   «Человек на велосипеде, о котором вы говорили, ехал через квартал 1000 по Олив-стрит к началу улицы, но без всяких происшествий, ребята».

   — Как ты узнал? — спросил Пит у Юпитера.

   — Когда в пятницу я пошел в полицию, то спросил у шефа Рейнольдса, где будет сегодняшняя засада. Он сказал, что на Олив-стрит, в квартале 1000, — объяснил Юпитер. — А стеклобой снова знает, где полиция.

   «Квартал 900 по Олив-стрит. Велосипедист только что проехал мимо. Мне показалось, что он вынул что-то из-под футболки, и разлетелось боковое стекло в „Корветте“. Больше ничего увидеть не удалось».

   — Что у него может быть под майкой? — спросил! Боб. — Чем можно разбить стекло?

   — И если он что-то швыряет, почему они этого не видят? — недоумевал Пол. — Даже ночью это можно было бы разглядеть.

   «Парень на велосипеде, выглядит как инопланетянин, квартал 800 на Олив-страт. Разбито окно в „Кадиллаке“. Похоже, он чем-то целился в него, но наверняка не скажу. Он едет на приличной скорости, и вокруг темно, но, пожалуй, все-таки целился!»

   Боб повернулся к Питу:

   — Второй, а где та металлическая штучка, которую ты нашел в грузовике у Пола?

   — Вот она. — Пит вынул из кармана комочек серебристого металла и подал его Бобу.

   — Ну конечно же! — возбужденно сказал Боб. — Видите бороздки? И раньше эта штука была частично полая. Я же чувствовал: что-то мне это напоминает!

   — Так что же? — спросил Пит.

   — Дробина от пневматического пистолета! — объявил Боб, глядя на друзей. — Он выбивает стекла пневматическим оружием. Мощным!

   «Из квартала 700 по Олив-стрит. Велосипедист в шлеме и со всем прочим проехал мимо зеленого „Меркурия“, и окно вдребезги! Я не заметил, чтобы он что-нибудь делал».

   — Думаю, ты прав, Исследователь, — сказал Юпитер, от возбуждения позабывший расстроиться из-за того, что ответ первым нашел не он. — Ему всего только и нужно, что выставить пистолет из-под футболки, прицелиться, когда он проезжает мимо машины, и выстрелить. Дело нескольких секунд, шуму никакого, и в темноте вряд ли кто заметит. А остается только маленький кусочек металла, который, если не искать его специально, никто в жизни не найдет!

   — Позвоним-ка мы лучше в полицию, — воскликнул Пол. — Теперь уж отец мне точно поверит.

   — Давайте, — согласился Юпитер. — Мы… Нет, погодите! В полицию пока звонить нельзя! Мы должны сами его поймать!

   — Почему, Юп? — не понял Пит. — Рейнольдс сказал…

   — Я потом объясню. Теперь нам надо…

   «Юпитер, Боб, Пит! Полиция поймала велосипедиста, который бьет стекла! Он задержан на углу Олив и Чапала! Я еду туда!»

   — Поехали! — вскочил Боб.

   — На велосипедах слишком долго, — решил Юпитер. — Надо, чтобы Ганс или Конрад нас довезли.

   Рванув к выходу по проходу 3, они побежали к конторе. Перед ней стояла пара грузовиков, но в самой конторе оказался только дядюшка Титус.

   — Сожалею, друзья, — сказал он. — Ганс и Конрад отправились куда-то с Матильдой, а я жду звонка.

   — Я могу вести, — сказал Пол. — У меня с собой права.

   — Можно, дядя Титус? — спросил Юпитер.

   — Ну что ж, почему бы и нет, — согласился дядя.

   Пол аккуратно довел машину по пустынным улицам города к перекрестку улиц Олив и Чапала. Возбужденные мальчишки огляделись в поисках полиции и задержанного велосипедиста.

   Никого не было.

   — Я что-то никого не вижу, — заикаясь, сказал Тит.

   Насколько хватало глаз, улицы были пусты. Темная тихая ночь стояла не потревоженной.

   — Тут же никого нет, — растерянно произнес Боб.

   — Юпитер! Что… — начал Пол.

   — Обманка! — внезапно воскликнул Юпитер. — Нас провели, ребята. Погоня за солнечным зайчиком! Голос по телефону — это был кто-то чужой, не из Сети!

Поражение

   — Но зачем, Юн? — спросил Пит.

   Второй Сыщик оглядывал близлежащие улицы из конца в конец, все еще надеясь обнаружить столпотворение полицейских, производящих арест преступного велосипедиста.

   — Чтобы помешать нам позвонить в полицию, предположил Юпитер, — или чтобы убрать нас из штаб-квартиры и не дать услышать сообщения, приходящие по Сети. А ну-ка, Пол, скорее, поехали обратно вдоль Олив-стрит! Может, велосипедист сюда еще не доехал. Может, он еще на улице.

   Пол повернул грузовик на Олив-стрит и медленно повел его вдоль тихих жилых кварталов. Трое Сыщиков напряженно вглядывались вперед, ища хотя бы какие-то следы присутствия человека на велосипеде.

   — Ищите машины с разбитыми стеклами, — проинструктировал их Юп.

   — Я смотрю. Первый, — откликнулся Боб. — Пока ни одной не видел.

   Грузовик продолжал двигаться вдоль старых домов и припаркованных у тротуара машин, а его пассажиры высматривали разбитые стекла и велосипедиста в шлеме.

   — Вот оно! — крикнул Боб. — Выбитое стекло!

   К этому моменту они добрались до квартала 600.

   — Останови, Пол, — сказал Юпитер.

   Пол притормозил возле мощного «бьюика» с разбитым стеклом против сиденья водителя. Юпитер оглядел на туманные очертания домов впереди.

   — Это на квартал дальше того, откуда мы получили последний рапорт, — сказал Первый Сыщик. Похоже, что с момента, когда мы сорвались по ложной тревоге, он разбил еще одно стекло и исчез где-то между этим кварталом и пересечением с Чапала.

   — Черт, да почему же, Юп? Я хочу сказать, почему он на этом остановился? — удивился Пит.

   — Давайте вернемся в штаб-квартиру, — решил Юпитер. — Может, от Сети мы что-нибудь узнаем.

   Пол на большой скорости повел грузовик через спальные районы к свалке на окраине города. Оказавшись а штабе, Юпитер немедленно включил автоответчик и отыскал сообщение, которое заставило их столь стремительно сорваться с места.

   «Юпитер, Боб, Пит! Полиция поймала велосипедиста, который бьет стекла! Он задержан на углу Олив и Чапала! Я еду туда!»

   Голос самозванца умолк. Ребята подождали следующего сообщения.

   «Квартал 600 по Олив-стрит. Ваш велосипедист проехал мимо здорового „бьюика“, и окно разлетелось вдребезги. Но он ничего не делал. Только, кажется, что-то навел на машину».

   — Должно быть, духовой пистолет разглядеть довольно трудно, — заметил Пол.

   Юпитер кивнул:

   — Едет он быстро, вокруг темно, да и кто заподозрит, что стекла бьет какой-то велосипедист. Все, кто слышит или даже видит, как вылетает стекло, смотрят сперва на машину, а велосипедиста уже и след простыл. Пистолет из-за его спины не виден, и за считанные секунды он может сунуть его обратно за пояс. Ребята что-то заметили исключительно потому, специально следили за ним.

   «Я в квартале 500 на Олив, ребята. Ваш парень на велосипеде только что проехал. По крайней мере, похож на вашего по описанию. Ничего не случилось! Никаких разбитых окон! Вообще ничего».

   — Оп все еще на Олив, — воскликнул Пол, — но не стрелял!

   Они подождали следующего сообщения. Автоответчик молчал. Больше на кассете ничего не было.

   — Вот и вое, — сказал Боб. — Он проехал через пятисотый квартал, и больше никто из «Дух-за-Духа» его не видел!

   — Что же произошло, Юп? — недоуменно спросил Пит. — В Сети ребята со всего города. Уж кто-нибудь да должен был его заметить, даже если он и не бил стекол.

   — Даже если он свернул с Олив, — добавил Пол.

   Юпитер в задумчивости прикусил нижнюю губу.

   — Возможных объяснений только два. Либо он снял с себя все снаряжение и бросил велосипед, чтобы наши наблюдатели не опознали его, либо кто-то на легковушке или грузовике подобрал и увез его.

   — Но почему, Юп? — спросил Пит. — Ты думаешь, он обнаружил, что ребята из Сети за ним следят?

   — Именно так, — подтвердил Юпитер.

   — А как? — захотел узнать Пол.

   — Ему сказали, что за ним следят, Пол! Он был предупрежден, поэтому перестал стрелять и скрылся.

   — Предупрежден? — с сомнением переспросил Пол.

   — Может, кто-то из «Дух-за-Духа» с ним знаком и дал ему знать? — предположил Боб.

   Юпитер отрицательно качнул головой.

   — Не вполне так, друзья. Все становится ясно. Он узнал о нас так же, как всегда знал о полицейских засадах. Его действительно кто-то предупредил — через наушники!

   — Наушники?

   — Ты думаешь, они не от плеера, который в рюкзаке?

   — Там у него, наверное, рация.

   — Или любительский коротковолновый приемник!

   — По крайней мере, радиоприемник, принимающий полицейские сигналы, — объявил Юпитер. — Когда в пятницу я разговаривал с Рейнольдсом, я спросил, поддерживали ли засады радиосвязь с Управлением и друг с другом. Он сказал, конечно, да. Тогда-то я и понял, откуда велосипедист всегда знал, где прячется полиция, — он слушал их по радио, настроенному на полицейскую частоту. И сегодня его именно так предупредили, я уверен! Кто-то, работающий на той же частоте, предупредил его, что «Дух-за-Духа» за ним следит.

   — Но, Юп, — возразил Боб в замешательстве, — о сегодняшней операции «Дух-за-Духа» знали только мы четверо.

   — Верно, — сказал Пит. — Как же тот липовый наблюдатель, который выманил нас отсюда, узнал про Сеть? И откуда он взял номер, по которому звонить?

   — Кажется, я смогу вам показать, — сказал Юпитер. — Нам понадобится наш мощный фонарь и длинная лестница из мастерской.

   Несколько минут спустя внушительного вида Предводитель уже вел остальных, вооруженных тяжелой лестницей, к красной калитке в задней части забора. Открыв задвижку, Юпитер сдвинул доски. Оказавшись по другую сторону, он направился к телефонному столбу, провода от которого шли на территорию свалки.

   — Я хочу, чтобы ты, Пит, поднялся по лестнице к той распределительной коробке наверху, — скомандовал Юпитер.

   — И что я буду делать, когда долезу туда?

   — Откроешь коробку и расскажешь нам, что видишь.

   Перекинув фонарь на ремне через плечо, атлетически сложенный Второй Сыщик надежно приставил лестницу к столбу и забрался наверх. Открыв телефонную распределительную коробку, он посветил фонарем внутрь.

   — Видна только куча проводов. Похоже… Нет, подождите. Тут что-то есть.

   — Что там, Второй? — окликнул его снизу Юпитер.

   Высоко над землей Пит внимательно всматривался в распределительную коробку.

   — Не знаю. Какая-то штучка вроде кубика. То ли металлическая, то ли пластмассовая — подключена к паре проводов. То есть, похоже, что она подсоединена к телефонным линиям. Хотите, чтобы я стащил ее вниз?

   — Нет! — крикнул Юпитер. — Не прикасайся к ней. Просто слезай.

   Оказавшись на земле, Пит посмотрел на верхушку столба.

   — Это же подслушивающее устройство, да? Стоит на нашей линии. Теперь ясно, как этот «кто-то» узнал про «Дух-за-Духа» и смог по нашей линии передать ложное сообщение.

   Юпитер кивнул.

   — Обдумав все, я пришел к выводу, что это единственно возможный ответ.

   — Но каким образом он слушает? — спросил Боб, продолжая разглядывать телефонную коробку. Я не вижу, чтобы оттуда выходили какие-нибудь провода, кроме обычных телефонных.

   — Наверное, это какое-то специальное дистанционное устройство, которое посылает сигналы по радио, — решил Юпитер. — Мы имеем дело с человеком, знающим толк в электронике.

   — Который, к тому же, все это время не спускал с нас глаз, — добавил Боб.

   — Ты хочешь сказать «не спускал ушей», так, Исследователь? — сказал Пит, ухмыляясь.

   Друзья взглянули на него с осуждением и направились обратно к красной калитке, оставив Пита наедине с лестницей.

   — Эй, приятели, а лестница? Ладно вам, что я такого сделал!

   Ребята обернулись к нему.

   — Больше никаких шуточек? — спросил Боб.

   — О'кей, договорились, — согласился Пит.

   Трое со смехом вернулись помочь ему тащить лестницу. Пит и Боб отнесли ее обратно в мастерскую, по туннелю 2 пролезли в замаскированный вагончик. Они застали Юпитера и Пола за прослушиванием все того же сообщения.

   «Юпитер, Боб, Пит! Полиция поймала велосипедиста который бьет стекла! Он задержан на углу Олив и Чапала! Я еду туда!»

   — Никто не узнает голос? — спросил Юпитер.

   — Даже не знаю, — сказал Боб. — Что-то в нем есть…

   — Мне кажется, голос изменен, — заметил Пол.

   — Китайский акцент? — предположил Пит.

   — Пожалуй, слегка восточный, — согласился Юпитер, — как тот, который описывал Уортингтону клерк из его агентства. Помните человека, который звонил, чтобы расспросить про нас после того первого понедельника. Видимо, он-то и был тот визитер, которого мы спугнули на прошлой неделе, и даю голову на отсечение, что именно его тетя Матильда видела в четверг на телефонном столбе. Наверное, тогда он и поставил свой жучок.

   — Кто же он такой? — воскликнул Пит. — Чего ему надо? Зачем он за нами следит?

   — Скорее всего, он партнер нашего стеклобоя или что-то в этом роде, — предположил Пол.

   Юпитер пожевал губу.

   — Да, похоже, что они работают вместе.

   — Но какой во всем этом смысл? — спросил Боб. — Зачем все-таки они бьют стекла? Пневматический пистолет, электроника, полицейская рация, подслушивающие устройства? Не слишком ли хитрая затея ради нескольких стекол?

   — Должна быть серьезная причина, — решил Пит. — Стеклобой получает какую-то существенную выгоду, понимаете?

   — А может, все это было устроено ради того, чтобы стащить у старого Темпла его монету, — сказал Пол. — Монетка ценой в двести пятьдесят тысяч долларов — достаточно серьезная причина.

   — Юп, — сказал Боб, — а что думаешь ты?

   Предводитель сыщиков снова сидел за своим столом, изучая карту с рядами разноцветных кнопок. Он вздохнул.

   — Наверное, есть причина, которую мы пока не вычислили, — сказал он, — но теперь это уже не важно. Дело закончено.

   Трое, онемев от изумления, уставились на Первого Сыщика. Юпитер встретился с ними взглядом.

   — Он ушел, — сказал он несчастным голосом. — Мы его потеряли.

   Все четверо молча сидели в своем скрытом для чужих глаз штабе.

   — Мы знаем, что стекла бьет тот человек на велосипеде, — продолжил Юпитер, — но мы не знаем, кто он! Ни имени его, ни вообще ничего о нем. Не знаем даже, как он выглядит без этого своего шлема и очков. Мы ни разу не видели его лица! А теперь он ушел. Он знает, что его засекли, и больше стекол бить не будет.

   Пит застонал.

   — Юп прав. Мы знаем, что это он, но не можем его поймать.

   Юпитер кивнул с безнадежным видом.

   — Ответ мы нашли, но доказать это никому не сможем.

   Ребята еще несколько минут посидели молча. Наконец Пит посмотрел на часы.

   — Поздно уже, — сказан он. — Пошли-ка мы, пожалуй, но домам.

   Боб мрачно никнул:

   — Можно и по домам. Окон он бить наверняка больше не станет, так что, наверное, дело действительно окончено.

   — Теперь отец никогда не поверит мне, — в отчаянии сказал Пол.

Юпитер наносит ответный удар

   На следующее утро за завтраком отец Пола недоверчиво уставился на сына:

   — Некто на спортивном велосипеде, в шлеме, очках, наушниках и рюкзаке? Стреляет по окнам из пневматического пистолета?

   — Но это правда, па! Юпитер с ребятами вчера ночью это доказали.

   Пол рассказал отцу всю историю про велосипедиста и Сеть «Дух-за-Духа».

   — «Дух-за-Духа»? — У мистера Джейкобса загорелись глаза.

   Пол описал, как Сеть сначала подтвердила, что стекла разбивались по всему Роки-Бич, а не только у их грузовика, и как затем с помощью Сети удалось доказать виновность велосипедиста. Слушая, отец одобрительно кивал, и недоверие в его глазах постепенно сменилось восхищением.

   — Что правда, то правда, Пол, идея отличная. «Дух-за-Духа», говоришь? Подходящее название, — рассмеялся мистер Джейкобс. — Так как же этот вандал объяснился перед полицией, когда его арестовали?

   — Мы… мы пока не сообщили полицаи.

   — Не сообщили полиции? — нахмурился мистер Джейкобс. — Почему же? Уж не собираетесь ли вы брать его своими силами?

   — Нет, па, — сказал Пол.

   — Тогда почему же?

   — Мы… мы не знаем, кто он, — с горечью сказал Пол. — Я хочу сказать, мы не знаем ни его имени, ни где он живет, ни как он выглядит без этого шлема, очков и велосипедного снаряжения.

   — Вы не знаете, кто он? — недоуменно заморгал мистер Джейкобс.

   — Он скрылся, прежде чем нам удалось его схватить! Но мы его вычислим! Найдем… как-нибудь.

   — А-а… понимаю, — сказал мистер Джейкобс возвращаясь к своему завтраку. — Ну ладно, тогда я знаю, тебе хочется водить грузовик, но ведь и совесть надо знать. Пока я был в отъезде, ты неплохо поработал в магазине, но грузовик по-прежнему под запретом, пока ты не объяснишь мне, что именно произошло со стеклами,

   Безутешный Пол закончил завтрак и решил с утра отправиться на старом велосипеде к свалке. Как знать, может, Юпитер, Боб и Пит придумали способ выяснить личность велосипедиста, хотя сам он понятия не имел, как это сделать. Он ворочался в постели всю ночь, напрягая извилины, но так ничего и не придумал.

   Добравшись до свалки, он обнаружил Пита и Боба в мастерской.

   — А где Юпитер?

   — Хороший вопрос, — сказал Пит.

   — Тут его нет, Пол, — объяснил Боб. — Мы прождали его в штаб-квартире почти час, но он так и не объявился.

   — Мы сходили в контору, но там только Конрад. И он тоже не знает, где Юп, — сказал Пит.

   — Он думает, что Юп мог куда-то уехать на грузовике с дядей Титусом, — добавил Боб.

   — Так что мы решили подождать тут, — сказал Пит, пожимая плечами. — В штабе сидеть уж очень тоскливо: только и смотришь на эту карту с кнопками да слушаешь тот голос из-за которого мы рванули незнамо куда и упустили этого типа.

   — А вы не придумали, как его поймать?

   Оба юных детектива огорченно покачали головами Затем все трое устроились ждать в мастерской. Прошло полчаса, а Юпитер все не появлялся. Наконец ворота свалки въехал грузовик. Ребята нетерпеливо повскакали с мест, но из грузовика вылезли только Ганс и дядюшка Титус. Троица поспешила в контору.

   — Вы не видели Юпа, мистер Джонс, — спросил Боб.

   — Не видел со вчерашнего вечера, — сказал дядя Юпитера. — От лег спать в сильном расстройстве, даже не перекусил перед сном! А сегодня утром вскочил и ушел еще до того, как я спустился вниз. Думаю, что завтракать не стал.

   — Вчера не перекусывал? — удивился Боб.

   — И без завтрака? — недоверчиво спросил Пит.

   — А куда он мог отправиться? — недоумевал Пол.

   — Не знаю, — отозвался дядя Титус, — но если найдете его, дайте нам знать. Его тетя начинает волноваться.

   Ребята кивнули и медленно зашагали обратно в мастерскую.

   — Чем он может быть занят? — спросил Пол у двоих сыщиков.

   — Может, ему тоже просто не захотелось ошиваться вблизи штаба, — предположил Боб.

   Пит со вздохом кивнул. Пол грустно смотрел в сторону главных ворот, где Ганс и Конрад выгружали из грузовика последние приобретения дяди Титуса. Боб стоял, уныло опершись о верстак.

   Внезапно голос из ниоткуда произнес:

   — Долго вы намерены слоняться тут, бездельники? А кто будет трудиться над разгадкой нашей тайны? Мне что, целый день вас дожидаться?

   — Юп! — возопил Пит.

   — Где он? — Пол оглядел мастерскую.

   — Там! — Боб указал на установленный Юпитером интерком. — Он внутри, в вагончике! Пошли!

   Боб и Пит полезли было в туннель 2, но вовремя сообразили, что Пол может застрять в тесном проходе. Они вылезли обратно и бегом бросились к дубовой двери прохода 3, обогнув кучу старья. Пит открыл дверь ржавым железным ключом, и они через старый бойлер влезли в штаб-квартиру. Юпитер сидел за столом, самодовольно улыбаясь и благостно оглядывая карту с рядами разноцветных кнопок.

   — Откуда ты взялся? — потребовал объяснения Боб. — Мы тебя прождали все утро!

   — Да так, задами пробрался, — небрежно ответил Юпитер.

   — Дядя Титус сказал, что у тебя депрессия, — с укором произнес Пит. — Что-то ты не выглядишь особо подавленным.

   — Подавленным? — фыркнул Юпитер. — С чего мне быть подавленным, если мы находимся на вытянутую руку от разгадки дела, которое казалось самым безнадежным в нашей карьере!

   — Как? — спросили хором все трое. Юпитер садистски наслаждался моментом.

   — Честно говоря, на разгадку навели меня вы все вместе еще вчера вечером, но я был слишком подавлен, чтобы обратить на это внимание. И только среди ночи, слабея от голода из-за пропущенного накануне ужина, я наконец осознал, что сказал Боб и с чем вы все согласились.

   — Что? — заорали слушатели, потеряв терпение.

   — А. то, что нам нужно выяснить, зачем велосипедисту бить стекла! — Первый Сыщик продолжая сиять. — Вы были правы. Выяснив, зачем ему понадобилось бить стекла, мы узнаем, кто он.

   Трое ребят сидели в полном молчании. Потом переглянулись. Потом посмотрели на Юпитера.

   — Ну, не знаю, Первый, — с сомнением сказал Боб.

   — Да брось, — возразил Пол, — даже если мы и узнаем причину, она ведь может быть у множестве людей.

   — Нет, Пол, — твердо ответил Юпитер. — Как только мы выясним, зачем понадобилось разбивали стекла, круг возможных виновников резко сузится.

   — Звучит не слишком убедительно, — сказал Пит, — но Юп всегда оказывается прав, так что давайте пробуем. Так почему же гот велосипедист бил стекла? Может, у него просто неприязнь к стеклам?

   — Или к машинам, — предположил Боб. — Ему нравится портить машины.

   — Нет, — покачал головой Юпитер. — Я сомневаюсь, что в этом случае он ограничился бы одной машиной на квартал. Скорее, он перебил бы все, какие мог, стекла в одном месте и скрылся. У нас же налицо цельно продуманный план нанесения ударов. Вероятно, стеклобой старался не привлекать внимания, чтобы каждое такое происшествие выглядело простой случайностью.

   — А как насчет осторожного вандализма, — предположил Пол. — Ну, понимаешь, ему нравится колотить стекла, но попасться он не желал бы.

   — Вандалы не продумывают свои действия так тщательно, — рассудил Юпитер. — Вандализм — это чистая ненависть. Люди чувствуют себя пострадавшими, униженными, обманутыми, ущербными в глазах общества и хотят отомстить миру, который так их обижает. Так что вандалы обычно действуют спонтанно, в приступе ярости, и поэтому легко обнаруживают себя.

   — Да уж, этого обнаружить нелегко, — согласился Пол.

   — Правильно, — кивнул Юпитер. — Наш стеклобой тщательно продумал, как замаскировать свои действия и обезопасить себя. Вандалу нет никакой радости, если никто не знает, что он натворил. Может попасться ему нежелательно, зато очень даже желательно, чтобы люди знали, что он сделал и почему.

   — Убедил, Первый, — сказал Боб. — Может, месть?

   — Кому, Исследователь?

   — Изготовителям машин. Достался кому-то барахляный экземпляр, вон он и ненавидит «форд» или «тойоту», или какую-нибудь другую фирму.

   — Но тогда все разбитые стекла должны быть у машин конкретной марки, ведь так? Какой смысл мстить фирме, которая к твоей паршивой машине не имеет отношения? И к тому же, зачем ограничиваться одним стеклом? Почему не нанести урон посерьезнее?

   — И все равно, — заметил Пит, — он стал бы крушить машины, которые еще принадлежат фирме, а не те, которые уже проданы разным людям.

   — О'кей, — сказал Боб. — Тогда месть владельцам машин.

   — Слишком много машин затронуто. Не может же он иметь зуб на несколько сот человек.

   — А что, если он обычный заурядный псих? — предположил Пит.

   — Да брось, действует этот велосипедист совсем не как псих, — заметил Пол.

   Пит вздохнул:

   — Пожалуй, верно.

   — А как же двойной орел? — спросил Боб. — Может, вся затея — всего лишь прикрытие одной этой кражи? Понимаешь, куча стекол перебита для маскировки, а на самом деле он хотел разбить одно конкретное стекло и стащить орла.

   Юпитер задумчиво кивнул.

   — Я тщательно продумал эту версию, но поскольку больше ничего не украдено, ее приходится исключить. Чтобы прикрыть кражу, нужно много краж, а не много разбитых стекол. Иначе эта кража слишком выделяется.

   — Тогда… — Пит напряг мозги.

   — А может… — начал Пол.

   — А если… — прервал было Боб, но остановился и помотал головой. — Нет, Первый, не могу придумать никакой другой причины.

   — Уверен, если постараться, можно еще много чего придумать, но только стоит ли. Вероятная причина всею одна — та, которую вчера вечером предположил Пит.

   — Я? — удивился Пит. — Что это я такое предположил?

   — А помнишь, ты сказал, что стеклобою, должно быть выгодно то, что он делает. Ребята, кто может остаться в выигрыше от разбитых стекол?

   Остальные трое, недоуменно моргая, уставились на Юпитера.

   — В выигрыше? — переспросил Пол. — В выигрыше от разбитых стекол?

   — Те, кто делает стекла! — почти выкрикнул Пит.

   — Нет, — крикнул Боб, — не делают, а чинят. Люди, которые меняют стекла!

   — Именно так, Исследователь, — просиял Юпитер. — Люди, которые занимаются заменой стекол в машинах, — единственные, кто может оказаться в выигрыше, когда эти стекла разбиваются.

   — Юпитер, но ведь разбитое стекло в машине могут поменять едва ли не на каждой станции обслуживания или заправке, — поморщившись, сказал Пол с сомнением. — Что это за прибыль, если поделить ее на всех?

   — Это меня тоже сперва смутило, — согласился Юп. — Поэтому я встал с утра пораньше и объехал несколько автозаправок и ремонтных мастерских. И всех спрашивал, откуда они берут стекло для машин. Некоторые выписывают его из Лос-Анджелеса или прямо с автозавода, но большинство получают от местного поставщика. И в Роки-Бич, друзья, всего одна фирма, которая продает стекла на замену для машин всех марок — «Маргон Гласс Компания»

Так кто же бьет стекла?

   «Маргон Гласс Компания» помещалась в одноэтажном желтом кирпичном здании. Позади него было три складских помещения из рифленого металла. И все это окружал забор из проволочной сетки высотой метра в два. Находилась она на окраине Роки-Бич, меньше чем в миле от свалки. Сбоку имелся въезд для грузовиков, приезжавших за товаром, а в центре — парадные ворота для посетителей офиса и магазина. Позади желтого здания было еще два погрузочные дока, возле них полупустая стоянки для машин сотрудников. На стоянке для посетителей, справа от главного здания, кипела жизнь.

   — Думаешь, наш стеклобой — владелец компании? — спросил Боб.

   — Не обязательно, Исследователь, — сказали Юпитер.

   Скрытые высокими зарослями дикого овса, четверо ребят лежали на невысоком холме, откуда открывался вид на дорогу, обнесенные забором здания и двор «Маргон Гласс Компании». Свои велосипеды они поставили на прикол у подножия холма в стороне от дороги.

   — Это может быть продавец, которому захотелось побольше комиссионных, — продолжал Юпитер, наблюдая за происходящим внизу, — или новый менеджер по сбыту, который хочет произвести впечатление на начальство. Или просто кто-то из сотрудников опасающийся, что его уволят, если дела у фирмы пойдут плохо.

   — Так как же мы его найдем, — поинтересовался Пол, — если мы не знаем, как он выглядит? Мы знает, что он высокий, худой и, по всей видимости, молодой — редко кто из пожилых обряжается во все спортивное и садится на такой велосипед. Вряд ли так уж много людей в компании подходит под это описание.

   Со своей выигрышной позиции на вершине холма ребята наблюдали на территорией больше часа. Главное здание стояло фасадом не к дороге, а к стоянке для посетителей. К этой стоянке и от нее непрерывным потоком двигались машины.

   — Откуда у фирмы, продающей стекло оптом, так много покупателей? — удивился Пит.

   — Теперь чисто оптовых продавцов стекла больше нет, — объяснил Пол. — Все торгуют еще чем-нибудь дополнительно. На складах древесины есть отдел инструментов и оборудования, фирмы по продаже красок вообще стали как универмаги. В «Маргоне» можно купить всякую всячину для дома — окна, зеркала, стремянки, лампы и все такое прочее.

   За рядом окон в продольной фасадной стене главного здания виднелось помещение офиса. Одни сотрудники работали за своими столами, другие стояли возле картотечных шкафов. На заднем дворе двое рабочих разгружали огромный грузовик и перетаскивали большие плоские коробки внутрь склада. Время от времени у задней двери главного здании появлялся высокий мужчина, входил в один из трех складов и возвращался оттуда с тонким плоским пакетом из оберточной бумаги, в котором, очевидно, лежал кусок стекла определенного типа.

   — Черт, — сказал Пол, — на велосипедиста никто из них не похож.

   — Не похож, правда, — признал Юпитер. — Он, наверное, в магазине, или в офисе, или в глубине. Или занимается сбытом. Наверняка у них есть оптовые продавцы, которые сейчас на выезде, собирают заказы.

   Спустя некоторое время со двора выехал здоровенный грузовик. За рулем сидел один из рабочих. Второй начал загружать фургон и еще один специальный грузовик для перевозки стекла: в кузове у него было высокие наклонные подпорки, к которым вертикально прислонялись особо крупные стеклянные пластины. Для доставки плоских коробок из складов к грузовикам рабочий пользовался автопогрузчиком. Самые большие пластины, завернутые каждая в отдельный пакет, он переносил к специальной машине вдвоем с коротышкой из главного здания.

   — Что теперь, Юп? — спросил Боб. — Будем смотреть и ждать?

   — Нет, я хотел только выяснить, какой у них характер передвижений. Тот здоровенный грузовик наверняка привозил стекло с фабрики. Фургон и та специальная машина, наверное, должны доставить товар в местные мастерские и на стройки. Похоже, они споро уедут. Коротышка, который время от времени носит стекло со склада в магазин, едва ли способен один обслужить такую массу покупателей. Значит, товар помельче, вероятно, хранится в основном в самом магазине. Мы не видели, чтобы со складов выходил кто-нибудь помогать, так что, судя по всему, там внутри никого нет. Вы согласны с моими наблюдениям?

   — По-моему, все правильно, Первый, — подтвердил Пит.

   Остальные кивнули.

   — Отлично, — отрывисто сказал Юпитер. — Тогда я предлагаю обождать, пока фургон и стекловоз не уедут доставлять товар. Площадка возле складов опустеет и вероятность того, что кто-то из сотрудников там , появится, невелика. Поэтому Пол и я отправимся в магазин — поглядим, кто работает там и в офисе, а Пит с Бобом проберутся к складам и посмотрят, нег ли там каких-либо признаков присутствия нашего велосипедиста. В магазине мы с Полом постараемся занять всех делом, чтобы прикрыть Пита с Бобом.

   — Почему куда-то пробираться вечно достается нам с Бобом? — потребовал объяснений Пит.

   — Я подумал, что об оконном стекле для машины должен говорить человек, имеющий права, — несколько смущенно объяснил Юпитер. — А поскольку лучшего актера, чем я, среди нас не найти, то логично именно мне поручить отвлекать внимание людей в магазине.

   Боб ухмыльнулся:

   — Он прав, Пит.

   — Как обычно, — вздохнул тот.

   Рабочий на автопогрузчике возился еще добрых полчаса, загружая фургон и стекловоз. Затем он залез в кабину фургона и вывел его со двора, оставив боковые ворота открытыми. Чуть позже из главного здания вышел помогавший ему коротышка, влез в стекловоз и выехал через открытые ворота вслед за фургоном.

   Площадка возле складов опустела.

   — Итак, Исследователь и Второй, — сказал Юпитер, — помните: мы, возможно, имеем дело с опасным вором. Если что-то подскажет вам, что наш велосипедист там, подайте сигнал: нарисуйте большой вопросительный знак на фасаде самого маленького склада. Мы с Полом сразу же отправимся в штаб-квартиру и позвоним Рейнольдсу, а вы останетесь караулить улики.

   Боб и Пит спустились с обратной стороны холма, сделали круг, чтобы подойти к открытым воротам в заборе по боковой улочке. Пол и Юпитер спустились через заросли овса, пересекли дорогу и с невинным видом проследовали через главные ворота в магазин «Маргон Гласс Компании».

   Четырех покупателей обслуживали у прилавка магазина три продавца. За прилавком в глубь помещения уходили полки с хозяйственным стеклом и инструментами. Повсюду в магазине стояли оконные рамы, зеркала, декоративные стеклянные плитки и кованная фурнитура. Справа окно торгового зала выходило на складской двор. Слева стеклянная перегородка, идущая через все здание, отделяла магазин от офиса компании. В офисе работало трое женщин и четверо мужчин.

   Пристроившись за единственным ожидающим покупателем, Юпитер и Пол изучали сотрудников фирмы. Из трех продавцов один был полноватый мужчина, еще один — высок и худ, но определенно не молод. Третий был высокий и худой юноша спортивного вида. Пол пихнул Юпитера и указал в сторону молодого продавца. Юпитер изучающе уставился на него.

   Покупатель перед ними прошел к прилавку.

   Сквозь стеклянную перегородку Юпитер видел, что все три женщины в офисе — молодые, но лишь одна из них стройная и роста никак не высокого Один из четырех мужчин — высокий, средних лет — сидел в отдельном кабинете с табличкой «Дж. Маргон. Президент» на двери. Еще двое были невысокие молодые клерки. Четвертый — высокий и худой, но старик, сидел за столом побольше и внимательно наблюдал за всеми остальными — это явно был управляющий офисом.

   — Юпитер!

   В шепоте Пола звучала тревога. Освободился еще один продавец, но вместо того, чтобы наняться Юпом и Полом, он направился к боковой двери, ведущей в складской двор!

Опасное положение

   Увидев, как Пол и Юпитер пересекают улицу, Боб и Пит выждали еще пару минут у боковых ворот и поспешили к складам. Вокруг никого не было, а на площадку выходило единственное окно в задней стене главного здания, в той ее части, где помещался магазин. Все двери и ворота погрузочных доков были закрыты.

   Ребята проскользнули на первый склад. Это было одноэтажное здание из рифленой стали. Внутри в полумраке вырисовывались длинные ряды полок, заполненные деревянными ящиками с листовым стеклом, и этажерки со стеклами большого размера, упакованными в плотную оберточную бумагу. Боб и Пит прислушались, чтобы убедиться, что на складе они одни. Вокруг стояла полная тишина.

   Ребята быстро двигались вдоль полок, ища хоть какие-то слезы присутствия велосипедиста-стеклобоя. Спрятаться в здании с его голыми стенами и до отказа нагруженными полками было особенно негде.

   Боб посмотрел под каждой полкой. Пит заглянул за каждую этажерку — ничего. В глубине склада был расположен небольшой кабинет. Но сейчас и он был завален деревянными ящиками с тяжелым стеклом. Единственный имевшийся в кабинете шкаф пустовал.

   Подойдя к выходу из склада, двое сыщиков осторожно выглянули наружу на пустынный двор. Слышно было, как впереди на стоянке для посетителей тормозят и отъезжают машины, но возле складов по-прежнему не стояло ни единого грузовика.

   — Все чисто, — сказал Пит.

   Торопливым шагом они направились через площадку, разделявшую здание.

   — Пит! — сдавленно шепнул Боб.

   Дверь из главного здания во двор приоткрылась

   Юпитер быстро подошел к концу прилавка, где продавец как раз собирался выйти за дверь, ведущую во двор.

   — Господин хороший, сейчас наша очередь. У нас весьма срочное дело. Время — деньги.

   Продавец открыл дверь пошире.

   — Я сейчас вернусь, мальчик.

   — Мальчиком, уважаемый, называйте кого-нибудь другого. Я бы предпочел, чтобы вы обращались ко мне «сэр». И мне совершенно необходимо немедленно получить новое стекло к моему «роллс-ройсу», чтобы присутствующий здесь Пол мог тотчас установить его и везти меня в Лос-Анджелес. Если вы слишком заняты и не можете обслужить меня, то мне, пожалуй, стоит поговорить с владельцем этого магазина.

   Держась за ручку приоткрытой двери, продавец помедлил.

   — Ну так как же? — высокомерно продолжал Юпитер. — Мне обратиться к владельцу? Мистер Маргон, кажется? Если не ошибаюсь, отец ведет с ним дела. Верно, Пол?

   С невероятно заносчивым и холодным выражением лица Первый Сыщик обернулся к Полу, который едва сдерживал смех. Тот, стерев с лица даже намек на улыбку, присоединился к розыгрышу.

   — Верно, мистер Джонс, — отозвался он, почти идеально имитируя Уортингтона.

   Этого бедняга продавец уже не вынес. Он закрыл дверь и, вернувшись за прилавок, повернулся к Юпитеру.

   — Э-э… я не уверен, что у нас есть стекло к «роллс-ройсу», — сказал он.

   — Вы, никак, шутите? — круглое лицо Юпитера сражало предельное изумление.

   Нервный продавец побледнел.

   — Впрочем, возможно, и есть. Я проверю на полках.

   — Будьте так любезны, — благосклонно улыбнулся Юпитер. — Модель «Силвер Клауд» 1937 года.

   Продавец сдавленно глотнул, кивнул и направился к полкам в глубине магазина, бормоча себе под нос название модели.

   Застигнутые на солнечной площадке между двумя складами Боб и Пит застыли на месте. Казалось, дверь из главного здания открыта уже целую вечность.

   Затем она медленно закрылась.

   — У-ух, — выдохнул Пит.

   — Скорее, — поторопил его Боб. — Надо добраться до следующего склада, пока и вправду кто-нибудь не вышел.

   Они быстро преодолели оставшееся расстояние. Внутри в сумеречном свете второй склад в точности напоминал первый своими уходящими вдаль рядами полок. Но здесь лежали окна в рамах, зеркала, стеклянные двери, стенные панели и другие готовые изделия из стекла.

   Ребята повторили процедуру осмотра. Снова ничего. Вернувшись, они выглянули наружу, никого не увидели и, не спуская глаз с двери главного здания, под ослепительным солнцем перебежали к третьему, самому маленькому складу. В царящем внутри полумраке на выстроившихся вдоль стен полках вырисовались всевозможные детали фурнитуры для окон, дверей, зеркал и стеклянных панелей. Посередине на длинном верстаке лежали инструменты для нарезки стекла и приспособления для сборки.

   Боб продвигался в глубь склада вдоль левой стены, Пит — вдоль правой. Ничего интересного не попадалось. Выгороженный в задней части склада кабинет был завален высокими картонными коробками со всякой хозяйственной мелочью: бумажными полотенцами, жидким мылом, салфетками, бумажными и пластиковыми стаканчиками, фильтрами для кофе.

   — Исследователь!

   За коробками в глубине кабинета Пят заметит кусок брезента. Под ним, прислоненный к стене, стоял спортивный велосипед.

   — Думаешь, это его? — неуверенно спросил Второй Сыщик.

   — Наверняка не скажу. — Боб замялся. — Те два раза, что мы его видели, была такая темень — я не мог разглядеть цвет.

   — Седло рассчитано на высокий рост — полностью поднято, — заметил Пит.

   Второй Сыщик отступил назад для лучшего обзора, прислонился к одной из громадных коробок с бумажными полотенцами и едва не упал, когда она вдруг выскользнула из-под его плеча. Боб недоуменно уставился на коробку, еще покачивающуюся на полу.

   — Не легковата ли для бумажных полотенец? — сказал он. — Но, похоже, что-то внутри все-таки есть. Давай-ка проверим.

   Они открыли коробку. В ней оказался шлем, пара защитных очков, рюкзак с радиоприемником, наушники, желтая велосипедная майка, черные обтягивающие шорты и кроссовки.

   Юпитер с вызывающим видом дожидался возвращения продавца к прилавку.

   — Стекол к «роллс-ройсу» нет, — объявил тот. — Мы можем заказать их для вас, но это займет две недели.

   — Но это же абсурд! — вскричал Юпитер. — Совершенно исключено! Мастерской они необходимы немедленно, поэтому я и приехал к вам сюда.

   — Извините, — сказал продавец и ехидно улыбнулся, обретая былую уверенность от возможности отказать покупателю. — Две недели по предварительному заказу.

   Стоящий у окна Пол оцепенел.

   — Ю… Э-э… мистер Джонс!

   Юпитер небрежно отошел в сторону, где Пол стоя у окна, смотрел на складовой двор. На фасадном окне меньшего из складов был нарисован мелом большой вопросительный знак!

   — Ну что ж, — объявил он, обращаясь ко всем присутствующим в зале, — придется ехать в Лос-Анджелес без стекла. Свежий воздух пойдет мне на пользу, вы согласны? Пошли, Пол.

   И не удостоив изумленных продавцов и покупателей лишним взглядом, Юпитер с улыбкой вышел из магазина в сопровождении Пола.

   Едва оказавшись на улице, Первый Сыщик немедленно перестал улыбаться. Они с Полом бросились через дорогу и вокруг холма за своими велосипедами и, изо всех сил крутя педалями, рванули в направлении свалки — звонить шефу Рейнольдсу.

   Боб и Пит присели у фасадного окна маленького склада. Прошло уже минут десять, как они нарисовали мелом вопросительный знак, сообщая о своей находке.

   — Все вместе вряд ли займет больше получаса, — рассчитал Боб. — Минут десять на то, чтобы доехать до свалки, еще примерно десять, чтобы все рассказать шефу Рейнольдсу, и еще минут десять — пятнадцать то, чтобы добраться сюда полиции.

   — Жаль, что мы не можем сами его поймать, сказал Пит.

   — Мы довели расследование до конца, — возразил Боб. — А этот тип может оказаться опасен. Не забывай, что мы так и не нашли его пистолет.

   — Все-таки я бы хотел… — начал Пит.

   В эту самую минуту «корветт» медового цвета ворвался, визжа покрышками, в открытые боковые ворота и резко свернул на пустую парковку позади главного здания. Из «корветта» вылез высокий молодой человек и решительно зашагал по асфальту.

   — Смотри, Второй! — шепнул Боб.

   Молодой человек был высок и худ. Бледное лицо обрамляли длинные темные волосы, доходящие до воротника его синего спортивного пиджака. У него был тонкий нос и тонкие жадные губы. Глаза выдавали нервозность, но в своих узких серых брюках и черных полуботинках он шагал к главному зданию с таким видом, будто был его полным и единоличным владельцем.

   — Выглядит он точно так, как воображал Юп, — тихонько воскликнул Боб.

   Они проследили, как молодой человек скрылся в главном здании. Пит взглянул на часы.

   — Надо бы написать его номера, — сказал он. — Этот тип может снова уехать, прежде чем появится полиция.

   Второй Сыщик как раз записывал номер, когда дверь из магазина резко распахнулась и тощий молодой человек вышел наружу. Он торопливо направился: через двор прямо к тому складу, где укрывались под окном Пит и Боб.

   — Он идет сюда!

   Ребята огляделись в поисках укрытия.

   — Нижняя полка!

   На нижней полке возле двери оставалось немного места позади большой коробки. Ребята забрались туда.

   Дверь с грохотом открылась. Молодой человек пробежал в глубь склада. Сыщики слышали его учащенное дыхание. Когда он вернулся, на голове у него был шлем, на шее болтались очки, и он выводил из дверей на улицу свой велосипед, с ручки которого свисал рюкзак, набитый остальным снаряжением.

   — Он забрал все улики! — в отчаянии прошептал Пит. — Если он их уничтожит, нам никогда не показать, что это он бил стекло!

   — Нам его не остановить, Второй! Он слишком опасен!

   Пит уже выбирался из укрытия. Боб последовал за другом к окну.

   — Он грузит все это в машину!

   На стоянке бледный молодой человек изо всех сил старался запихнуть велосипед в «корветт».

   — Мне он не кажется таким уж опасным, — сказал Пит.

   Прежде чем Боб успел возразить, Пит вышел из склада и зашагал прямо к «корветту». Когда нервный одой человек заметил Пита, он бросил велосипед вскочил в машину. Пит побежал. Молодой человек обернулся, держа в руках большой, устрашающего вида пистолет. Он целился прямо в Пита.

Стеклобой пойман

   Юпитер и Пол расхаживали взад-вперед перед забором свалки, оглядывая улицу в обоих направлениях. Увидев нарисованный мелом знак вопроса, они со всей возможной скоростью добрались до свалки и позвонили шефу Рейнольдсу. Юпитер быстро ввел его в курс всего произошедшего с момента их последней беседы.

   — «Маргон Гласс Компания»? — переспросил шеф полиции по телефону. — В это очень трудно поверить, Юпитер. Я лично знаком с Джимом Маргоном.

   — Боюсь, сэр, что у нас есть доказательства. Боб и Пит ждут с ними на складе «Маргона».

   — Мы подберем вас двоих по пути.

   Теперь Юпитер с Полом нервно мерили шагами тротуар у ворот, каждые несколько секунд посматривая на часы.

   — Ты думаешь, Боб и Пит в опасности? — неуверенно спросил Пол.

   — Улики защищать всегда опасно, — мрачно отозвался Юпитер, — особенно если речь идет о четверти миллиона.

   В этот момент из-за угла выехали три полицейские машины. Первая из них, в которой сидел шеф Рейнольдс, подрулила к тротуару, и ребята забрались внутрь. Машины направилась в сторону «Маргон Гласс Компании».

   — Ты в этом уверен, Юпитер? — спросил Рейнольдс серьезно. — За разбитыми окнами скрывается кто-то из «Маргон Гласс Компании»?

   — Если поразмыслить как следует, это наиболее разумный ответ, — спокойно объяснил Юпитер. — «Маргон Гласс Компания» — единственная фирма Роки-Бич, которая продает стекла для машин на замену, то есть только там получают прибыль от замены каждого разбитого стекла.

   — Не могу поверить, чтобы Джим Маргон пошел на такое.

   — Может оказаться, сэр, что это делается без его ведома. Я, пожалуй, даже готов поручиться, что мистеру Маргону ничего об этом не известно. Для него было бы слишком рискованно развивать свой бизнес таким путем.

   — Надеюсь, что ты прав, Юпитер, — сказал Рейнольдс. — Мы почти на месте.

   Шеф полиции дал команду по рации, и все три машины притормозили возле здания «Маргон Гласс Компании».

   — Служебные ворота открыты, шеф, — сказал Юпитер.

   Рейнольдс кивнул и дал своим людям команду свернуть в боковую улицу. Внезапно навстречу полицейским машинам из боковых ворот вылетела на бешеном вираже длинная спортивная машина медового цвета. Водитель резко ударил по тормозам, машина остановилась, подала назад, визжа покрышками и распространяя запах паленой резины, и рванула в противоположном направлении. В ту же секунду из ворот выбежал Боб и, заметив полицейские машины, дико замахал руками:

   — Пит у него в машине!

   Рейнольдс рявкнул по рации:

   — Задержать «корветт»!

   Полиция погналась за маленькой машиной прямо по улице, оканчивающейся тупиком. У ее конца «корвет» заскрежетал тормозами и остановился, едва не врезавшись в барьер. Молодой человек в синем спортивном пиджаке выскочил из машины, охваченный паникой. Он обогнул барьер и выбежал в открытое поле, исчерченное глубокими оврагами.

   — Остановите его! — приказал шеф Рейнольдс.

   — Если он доберется до первого оврага, мы можем его упустить! — закричал Юпитер.

   Но полиция была еще слишком далеко от тупика.

   — Он смоется! — завопил Пол.

   Но тут из «корветта» вылетела еще одна фигура и бросилась в погоню за убегающим преступником. Пит! Двое неслись по полю в направлении первого оврага. Пит быстро сокращал разрыв. Полицейские только еще достигли барьера и выбежали в поле, когда Пит бросился на убегающего и тот полетел на землю, сбитый с ног превосходным захватом!

   Молодой человек немедленно снова вскочил, но Пит продолжал упрямо цепляться за его ногу. Тот вырывался, но не успевал освободить одну ногу, как Пит повисал на другой. Они еще продолжали бороться, медленно продвигаясь к оврагу, когда полицейские нагнали их. Пит отпустил свою добычу и повалился на траву, счастливо улыбаясь окружающим.

   — Вот вам ваш стеклобой, — сказал он.

   Молодой человек пытался вырваться из рук полицейских.

   — Я не знаю, что происходит, но вы об этом пожалеете! Что это за мальчишки? Вы же полиция — арестуйте их!

   — Загляните-ка к нему в машину, шеф, — сказал Пит, поднимаясь.

   Полицейские потащили чертыхающегося молодого человека обратно к барьеру, где возле «корветта» стоял Боб.

   — Открой дверцу, Исследователь, — сказал Пит.

   Все увидели затиснутый на заднее сиденье спортивный велосипед, шлем, очки и рюкзак вместе с наушниками и приемником. Из рюкзака торчали майка и шорты.

   — Они подложили все это ко мне в машину! — заорал молодой человек. — Все подстроено!

   — У нас есть свидетели, в том числе и ваши полицейские, которые, сидя в засаде, видели его проезжающим мимо машин с разбитыми стеклами, — сказал Юпитер. — Так что вы убедитесь — все это снаряжение принадлежит ему. На велосипеде есть наклейка с регистрационным номером, я уверен, что велосипед окажется записан на его имя.

   — Уж не говоря о том, — добавил Пит, — что если вы заглянете под переднее сиденье, то найдете там пневматический пистолет, который он пытался спрятать. Готов спорить, что вам удастся установить его принадлежность, да и отпечатки пальцев на нем наверняка есть.

   Шеф полиции осторожно заглянул под сиденье. Взяв носовой платок, чтобы не оставлять собственных отпечатков, он извлек оттуда пистолет необычного вида. За кончик толстого ствола он опустил его в пластиковый пакет для вещественных доказательств. Сыщики с любопытством осмотрели пистолет. Сделанный из тяжелой стали с синим отливом, он напоминал обычное автоматическое оружие, но толстый ствол оканчивался как будто бы вторым, потоньше, в виде длинного стержня. Весил пистолет около двух фунтов, на стволе было выгравировано: «Уэбли Премьер — сделано в Англии».

   — Пневматический пистолет двадцать второго калибра, — объяснил шеф Рейнольдс. — Этот стержень на конце — для натягивания пружины, которая сжимает воздух для выстрела. Хорошее оружие и достаточно мощное, чтобы с близкого расстояния разбить любое стекло. — Рейнольдс кивнул своим людям: — Захватите подозреваемого с собой. Мы пойдем обсудим все это с Джимом Маргоном. А теперь, ребята, я хочу, чтобы вы рассказали мне во всех деталях, что тут произошло.

   Шагая назад к «Маргон Гласс Компании», Боб объяснил, как они с Питом нашли спрятанные на складе велосипед и снаряжение, как молодой человек пытался забрать все и сбежать и как Пит помешал ему.

   — Я, пожалуй, действительно спятил, — признался Пит, — но почему-то он казался мне совсем не опасным. Выглядел больше как напуганный мальчишка. Ну, я и вышел. Он меня увидел и схватился за пистолет. Под дулом пистолета заставил меня загрузить велосипед в машину и самому сесть. И отъехал со стоянки, по-прежнему держа меня на прицеле. Потом увидел вас и, думаю, запаниковал. Наверное, начисто забыл, что там тупик, а остальное вы видели.

   — Повезло тебе, — сказал Рейнольдс угрюмо. — Духовой пистолет не игрушка. Выстрели он с близкого расстояния, мог бы тебя убить.

   У боковых ворот собралась кучка людей из «Маргон Гласс». Когда полицейские пошли во двор, один из наблюдавших побежал обратно в здание. Вскоре через толпу уже проталкивался мужчина средних лет, которого Юпитер и Пол видели и отдельном кабинете в офисе компании.

   — Уильям! — воскликнул он. — Что здесь происходит?

   — Вы знаете этого молодого человека, Джим? — спросил шеф.

   — А, Рейнольдс, я вас не заметил, — сказал мистер Маргон. — Знаю? Конечно, я его знаю. Это мой сын. Окончил колледж и с прошлого года работает в фирме. Делает успехи. А почему ваши люди его держат? И что это за мальчики?

   Рейнольдс указал на велосипед, приведенный одним из полицейских:

   — Это велосипед вашего сына, Джим? И шлем с очками?

   — Папа! — крикнул Уильям Маргон. — Не надо.

   — Этот? — Мистер Маргон, наморщив лоб, разглядывал спортивный велосипед. — Да, он каждый понедельник и среду тренируется на закрытом треке в каком-то велоклубе. Но снаряжение свое он держит дома, а не на территории фирмы. Зачем это здесь Уильям?

   Уильям Маргон молча смотрел на отца.

   — Боюсь, у нас для вас плохие новости, Джим, — сказал Рейнольдс и пересказал старшему Маргону всю историю с пистолетом и разбитыми стеклами.

   — Бил окна в машинах? — переспросил мистер Маргон с полным недоверия голосом. — Но я же… всего три месяца назад назначил его менеджером по продаже стекол к машинам. Результаты превосходные — бизнес идет лучше, чем когда бы то ни было. Он… — мистер Маргон остановился на полуслове, глядя на сына. — Все эти лишние стекла ты сам и перебил?

   — Отец, они все врут! Я не понимаю, о чем: они! Никаких прямых доказательств! Кто-то стащил мой велосипед и все снаряжение и потом подкинул сюда! Может, эти самые мальчишки все и сделали. Никто не докажет, что я бил какие-то там окна! Моего лица никто ни разу не видел!

   — Мы все несомненно докажем, когда выясним, что ты сделал с украденным орлом! — горячо воскликнул Боб.

   Мистер Маргон моргнул.

   — Он украл орла?

   — Не птицу, сэр, — объяснил Боб, — а редкую монету. Вообще-то монета, которую он украл, разбив стекло в машине, — это двойной орел, американская двадцатидолларовая монета выпуска 1907 года. Она стоит двести пятьдесят тысяч долларов, а он…

   — Двести пятьдесят тысяч? — сказал мистер Маргон дрожащим голосом.

   Уильям Маргон побледнел.

   — Уж этого вы пне не пришьете! Я и слыхом не слыхивал ни про какого двойного орла. Ладно, признаю, это я перебил все стекла Старался тем самым укрепить бизнес. Но никаких монет я не крал!

   Юпитер, молчавший с того момента, как Боб и Пит рассказали о найденном ими снаряжении Уильяма Маргона, внезапно заговорил.

   — Думаю, — сказал он, — что это правда.

Имитатор

   Боб, Пит и Пол, разинув рты, обернулись к Юпитеру. Боб первым обрел дар речи.

   — Он не крал орла, Юп?

   — Юпитер, — сказал шеф Рейнольдс, приподняв бровь, — тебе известно что-то, чего мы не знаем?

   — Надеюсь, сэр, — медленно произнес Юпитер, — но на сто процентов не уверен.

   — В таком серьезном деле, — сказал Рейнольдс, — нужно быть твердо уверенным.

   — Сейчас я уже твердо уверен, что велосипедист не крал орла, сэр. Но кто это сделал, наверняка еще не знаю. Но если вы раз решите мне попробовать, шеф, думаю, что смогу это выяснить.

   Шеф полиции покачал головой:

   — Мне хотелось бы знать, как ты пришел к такому любопытному заключению. Тем более что ранее ты утверждал, будто вор и стеклобой — одно и то же лицо.

   — Нет, сэр, вовсе не утверждал. Просто мы все предполагали, что это так, особенно когда Джарвис Темпл поднял шумиху. Но теперь я вижу другое объяснение.

   — Какое объяснение, Первый? — потребовал отпета Пит.

   — Мы имеем дело с имитатором, — объявил Юпитер.

   — С кем? — поморщился Пол.

   — Когда есть целая серия преступлений, — объяснил Рейнольдс, — явно совершенных одним и тем же преступником, случается, что другой человек пытается маскировать свое собственное преступление под одно из этих серийных, так чтобы свалить ответственность на первого преступника.

   Юпитер кивнул.

   — Очевидно, кто-то знал о разбитых стеклах и решил воспользоваться этим, чтобы выбить окно в машине Сары Темпл и стащить двойного орла, надеясь, что обвинение падет на того, кто бил все остальные стекла.

   — Пока это сплошные предположения, Юпитер? — сказал Рейнольдс.

   — Возможно, сэр, — признал Юпитер, — но я пришел к этому выводу, когда Пит рассказал, как Уильям Маргон выбежал из офиса и рванул прямо на склад, чтобы перевезти велосипед и все остальное в другое место. Почти с самого начала, — продолжал Юпитер, — в этом деле участвовал кто-то еще, кто-то, очень интересовавшийся Питом, Бобом и мной. Этот «кто-то» сперва попытался выяснить, чем мы заняты, пробравшись к нам на свалку и подслушивая наши разговоры чем-то вроде микрофона. Когда это не вышло, он поставил жучок на нашу телефонную линию. Таким вот способом этот «кто-то» сумел предупредить Уильяма Маргона, что Сеть за ним и наблюдает, и послать нас по ложному следу, чтобы дать Маргону время сбежать.

   — Но разве они не заодно, Юп? — возразил Пит.

   Юпитер покачал головой.

   — Теперь, когда стеклобой поймав, вполне понятно, что он действовал один, чтобы поднять объем продаж «Маргон Гласс» А тот, другой, защищал вовсе не стеклобоя, а самого себя. Имитатор не хотел, чтобы стеклобоя поймали, поскольку тогда полиция узнала бы, что крал не он.

   — Ты в этом уверен, Юп? — с сомнением спросил Рейнольдс.

   — Да, шеф. По правде сказать, думаю, что имитатор позвонил еще раз, чтобы предупредить Маргона-младшего, и тем самым обезопасить себя. — Юпитер обернулся к Уильяму Маргону: — Я нрав?

   Молодой человек во все глаза смотрел на Юпитера:

   — Откуда ты знаешь?

   — Значит, вам действительно недавно позвонили и сказали, что ваше спрятанное снаряжение найдено и сюда едет полиция?

   Маргон-младший кивнул:

   — Тот же голос, который тогда передал по радио, чтобы я убирался с Олив-стрит.

   — Высокий, но приглушенный? — спросил Юпитер. — Сипловатый, со слабым восточным акцентом?

   На этот раз Уильям Маргон, вконец озадаченный только кивнул.

   — И ты совершенно не представляешь, кто это мог быть?

   — Нет, абсолютно.

   Шеф Рейнольдс задумчиво посмотрел на него.

   — Прошлой ночью действительно был рапорт о каком-то странном сообщении на полицейской волне. Что, мол, кого-то выследили и надо уходить с Олив. Ты прав, Юпитер, в этом действительно замешан кто-то еще. Как ты предлагаешь действовать?

   Юпитер задумался.

   — Тот, кого мы ищем, хорошо разбирается в электронике и пользуется радиопередатчиком. Можно попытаться найти, кто подходит под это описание, но есть способ попроще. Думаю, что к вечеру смогу доставить вам вора, если вы дадите мне остаток дня на разработку плана.

   — Отлично, — согласился шеф. Повернувшись к мистеру Маргону и его сыну, он сказал: — Боюсь, Джим, что Уильяма нам придется захватить в управление.

   Мистер Маргон удрученно кивнул, глядя на сына.

   — Может, ты и не вор, Уильям, не то, что ты совершил, настоящий вандализм. Как мог мой сын пойти на такое! Что на тебя нашло?

   — Отец, я только хотел помочь фирме заработать денег.

   — Есть вещи поважнее денег, Уильям.

   — Мне хотелось стать самым лучшим менеджером. Преуспеть! Что в этом плохого?

   — Ничего, сын, — грустно сказал мистер Маргон — только то, каким образом ты преуспеешь, важнее, чем насколько ты преуспеешь! Заработать — это всего лишь часть цели.

   — Я… я хотел, чтобы ты мной гордился.

   — Нет, боюсь, ты хотел только произвести на меня впечатление. У твоего желания преуспеть были иные причины. Ты стремился сам стать важным, а вовсе не сделать что-то важное. Что ж, теперь придется расплачиваться.

   Рейнольдс кивнул, и полицейские повели Уильяма Маргона к патрульной машине. Отец проводил сына взглядом.

   — На него заведут уголовное дело, шеф? — спросил мистер Маргон.

   — Мы проведем расследование, — сказал Рейнольдс. — Но если ущерб будет возмещен, мы поговорим с судьей и, возможно, удастся добиться условного наказания.

   Трое Сыщиков и Пол оставили взрослых разговаривать, а сами перешли улицу, обогнули невысокий холм и, забрав свои велосипеды, направились обратно на свалку.

   После ужина Юпитер в одиночестве сидел в замаскированном вагончике и говорил по телефону.

   — Второй? Захвати Исследователя и Пола. Встретимся в штаб-квартире. Теперь я знаю, кто украл двойного орла!

   — Двойного орла? — сказал Пит на другом конце. — Ты уверен, что это не тот парень на велосипеде, которого задержала полиция? Не Уильям Маргон?

   — Нет, Второй, это не он. Я уверен, что мы столкнулись с имитацией, и теперь я знаю, кто имитатор.

   — Кто, Юп? — нетерпеливо спросил Пит.

   — Я лучше предъявлю вам доказательство — отозвался Юпитер с рассудительностью, приводящей в бешенство, — а вы трое мне скажете, убедительно ли оно. Доказательство у меня в мастерской. Встречаемся там через полчаса, я открою вам, кто вор, а потом доставим доказательство шефу Рейнольдсу.

   — Может, хоть намекнешь, Юп? — молил Пит.

   Юпитер не без самодовольства усмехнулся.

   — Достаточно сказать, что наш имитатор совершил небольшую, но существенную ошибку.

   С этими словами Первый Сыщик повесил трубку. Однако он не покинул своего укрытия, а продолжал сидеть там, тихонько мурлыча себе под нос и время от времени поглядывая на часы. Его глаза так и сверкали от нетерпения и возбуждения. Посмотрев на часы в девятый раз, он громко произнес в пустой комнате:

   — Пора, Ватсон! Охота началась!

   Юп открыл люк, ведущий вниз, в туннель 2, и, изо всех сил стараясь не производить шума, медленно прополз по трубе к выходу в мастерскую.

   Там он замер без движения, словно тень в трубе, и стал наблюдать за пустынной мастерской.

   На Роки-Бич опускались сумерки.

Вор без маски!

   Первый слабый звук донесся из глубины свалки, откуда-то со стороны краевой калитки. Свернувшись в затененном отверстии туннеля 2, Юпитер прислушался.

   Как будто бы скалолазный крюк снова цеплялся за край навеса. Потом приглушенно-легкие шаги по металлическим листам и отдаленный мягкий удар от падения на землю.

   Юпитер терпеливо ждал.

   Следуют им звуком было побрякивание жести, будто кто-то споткнулся о груду водосточных труб и стоков, сложенных возле задней ограды. Кто-то медленно и осторожно пробирался к мастерской, где затаился в ожидании Юпитер.

   Третьим звуком был хлопок и сдавленный крик боли совершенно с другой стороны — примерно от открытого утла мастерской, где между ней и воротами свалки был сложен высокий штабель тяжелой древесины.

   Юпитер охнул про себя и задержал дыхание. Не донесся ли крик до задней ограды? Он как мог напряг слух, стараясь не упустить ни звука.

   Невыносимо долго вокруг стояла полная тишина. Ничего, кроме голосов вдалеке и едва различимого шума машин на Прибрежном шоссе. Первый Сыщик терпеливо покусывал: нижнюю губу.

   И тут у самого входа в мастерскую тихонько скрипнула доска! Кто-то влезал на сложенные одна другую старые двери. Влезал, чтобы сверху оглядеть мастерскую.

   В темной трубе Юпитер продолжал ждать.

   Наконец что-то негромко шмякнуло, и кто-то тихонько прошел над самой его головой.

   Постепенно он не разглядел, а скорее почувствовал черную тень, стоящую в мастерской в каких-то пяти шагах от входа в туннель 2. Юпитер снова затаил дыхание.

   Тень, навострившая уши. Тень начеку. Темная фигура, вероятно, перебравшаяся через гору хлама и спустившаяся в пустую мастерскую.

   Юпитер ждал.

   Тень пошевелилась, и по мастерской пополз тонкий лучик света, обводя верстак и полки.

   Темная фигура отошла от входа в туннель 2 и встала там, где сумерки были не такими густыми. Теперь Юпитер мог разглядеть ее получше. Это был некто одетый во все черное: обтягивающие черные джинсы, черный свитер, прилегающий черный лыжный капюшон, черные перчатки, черные кроссовки.

   Из своего укрытия Первый Сыщик наблюдал, как некто в черном медленно перемещается по мастерской, осматривая ее с помощью узкого луча тонкого, как карандаш, фонарика. В манере его движения чудилось что-то знакомое. Что?.. Внезапно в мозгу Юпитера мелькнула догадка.

   — Сара Темпл, если не ошибаюсь?

   Фигура в черном резко обернулась, едва не выронив фонарь. Навстречу Первому Сыщику, выбирающемуся из трубы, из-под лыжного капюшона сверкнули темные глаза.

   В голосе Юпитера не было никакой злобы.

   — А ведь мне следовало догадаться с самого начала. Когда ваш дядя сказал, что терпеть не может вашей быстрой езды и радио. А ваша машина, наверное, тот маленький красный «датсун», который стоял возле дома, это на нем вы первый раз приезжали на свалку. И антенна спутниковая тоже ваша. Вы, видимо, фанат всяких радио — и телештучек и эксперт по части электроники. У вас, вероятно, есть и коротковолновый приемник. Наверное, и альпинизм вам тоже не если чужд, если судить по тому скалолазному крюку и капюшону, за которым вы прячетесь

   — Я… я не прячусь. — Сара Темпл стянула с себя капюшон и встряхнула длинными: темными волосами. — Я просто пришла поговорить с вами насчет моего дяди. Мне нравится ходить в капюшоне. Дядя передумал. Теперь он хочет вас нанять. Он…

   — Ах, да, — невозмутимо продолжил Юпитер, — должно быть, вы устроили так, чтобы ваш кузен Уиллард позвонил нам и пригласил приехать поговорить насчет дядюшкиной монеты. Пока вы сидели на телефонном столбе, выдавая себя за телефониста, вам необходим был звонок, чтобы выбрать в распределительной коробке нужный провод. И, конечно, вы хотели, чтобы мы не мешались под ногами, когда вы будете ставить жучок.

   — Да ты с ума сошел! Какой жучок?

   — Жучок, — спокойно объяснил Юпитер, — который теперь привел вас сюда за доказательством того, что это вы украли двойного орла. — Он внимательно наблюдал за девушкой. — Об этом доказательстве вы могли узнать, только подслушав, как я рассказывал о нем Питу по телефону!

   Сара Темпл помолчала, гляди на предводителя сыщиков. В уходящем свете дня лицо ее было совсем бледным.

   — Ну хорошо, я слышала ваш разговор. Так где оно? Где доказательство? Давай доказательство!

   — Мне действительно следовало догадаться, — продолжал открывать карты Юпитер. — Это вы возили своего дядю в тот вечер, и только вы знали, что он забыл монету в машине. Любой, кто заглянул бы внутрь, увидел бы только маленькую коробочку. Слушая полицейских по своему приемнику, вы знали о разбитых стеклах. Наверное, у вас хобби такое — подслушивать полицию. И у вас появилась идея стащить орла и свалить это на стеклобоя. Простая имитация.

   — Орел мой! — крикнула девушка. — Мне нужны были деньги! Он никогда не дает мне сколько нужно Я поделюсь с тобой, Джонс! Пятьдесят тысяч пойдет тебе, только отдай мне свое доказательство, и станешь богачом!

   В наступающей темноте Юпитер вздохнул.

   — Вы видели нас на улице возле «роллса». Мы вели себя подозрительно. Вы встревожились. В полицию вы не сообщили, но вам уже не сиделось. Чем это мы там занимались? Тогда вы изменили голос, выследили нас через арендное агентство и попытались подслушивать наши разговоры с помощью микрофона. Не получилось. Потом, когда через пару дней вы с нами встретились и узнали, кто мы такие и что делаем, вы поставили жучок на наш телефон, чтобы быть в курсе расследования. Вам нужно было не допустить одного: чтобы стеклобоя поймали и выяснилось, что он никакого двойного орла не крал.

   — Ну хорошо, — сказала Сара Темпл. — Пополам! Когда, я продам орла, ты получишь сто двадцать пять тысяч!

   Юпитер покачал головой.

   — Знаете, если бы в самом начале вы не сделали одной маленькой ошибки, вам, возможно, удалось бы остаться безнаказанной.

   — Ты можешь стать богатым! У тебя будет все, о чем ты только мечтал!

   — Нет, мисс Темпл, — сказал Юпитер. — Не все можно купить,

   — Отдай ваше доказательство!

   Высокая девушка шагнула к Первому Сыщику. Юпитер не отступал и не сводил с нее взгляда.

   — Никакого доказательства нет, — сказал он.

   — Лгун! — Она растерянно заморгала. — Как это нет доказательства?

   — Это была ловушка. Я знал, что орла украли либо вы, либо ваш кузен Уиллард. Вы примерно одного роста, и голоса немного схожи. Чтобы быстро распознать вора, надо было определить, кто подслушивал наши телефонные разговоры. А я убедился, что подслушивать продолжают, потому что днем сделал ошибку: позвонил отсюда шефу Рейнольдсу, и кто-то предупредил велосипедиста.

   — Так доказательств нет? — потрясение повторила Сара Темпл.

   — До сих пор не было, — признал Юпитер.

   — Ах ты!.. — Девушка схватила с верстака здоровенный молоток и замахнулась им на Юпитера. — Да я…

   Внезапно по всему периметру мастерской в последнем свете дня поднялись темные фигуры. Тут были шеф Рейнольдс со своими людьми, и Боб, и Пит, и Пол. Долговязый Второй Сыщик с несколько пристыженным видом стоял возле штабеля досок, в который он врезался чуть раньше, едва не провалив засаду. Кроме ребят и полицейских, там был еще один человек: ссутулившись и тяжело опираясь на палку, он медленно захромал в сторону Сары. Она так и осталась стоять с занесенным молотком.

   — Ничего вы не сделаете, мисс, — сказал Джарвис Темпл без гнева, но с грустью. — Моя собственная племянница — воровка. Я сам виноват, я слишком баловал тебя, потакал всем прихотям — машина, радио, электроника, лыжи, альпинизм. Покупал все, что тебе заблагорассудится. А нужны были не деньги, а внимание. Ну что же, еще не поздно, — старик вздохнул.

   Рейнольдс подал одному из полицейских сигнал взять Сару. Темноволосая девушка взглянула на задерживающего ее полицейского, гневно вскрикнула, вырвалась и сунула руку в карман.

   — Не мне, так никому! — она размахнулась и швырнула что-то, но полицейский придержал ее руку за локоть. Брошенный предмет упал возле Пита. Он нагнулся и поднял его.

   Пит раскрыл ладонь. Даже в темноте круглая золотая монета мерцала ярко, как «роллс-ройс». Все молча уставились на нее.

   — Я предполагал, что она могла быть у нее с собой, — сказал Юпитер. — Такую редкую монету очень трудно продать, не привлекая внимания.

   Рейнольдс снова кивнул патрульному, держащему Сару. Тот тронул ее за плечо. Сара взглянула на нем растерянно и с удивлением.

   — Но это же получалось так просто, — сказала она. — Мне столько всего было нужно. А орел лежал там, в машине. И кто-то бил стекла в машинах по всему городу. Это получалось так просто…

Мистер Себастьян бросает вызов

   Несколько дней спустя Юпитер, Пит и Боб сидели в сером фургоне возле магазина Джейкобса. Пол, наслаждающийся тем, что он снова за рулем, окликнул из кабины отца:

   — Ничего, если я прокачу ребят?

   — Куда захочешь. Пол. Я твой должник за то, что в тебе сомневался.

   — Да ладно, пап. Я понимаю, как это выглядело со стороны.

   — Только подумать, — сказал мистер Джейкобс. — Человек на велосипеде, разбивающий стекла в машинах, чтобы продать побольше запасных! В жизни бы не поверил! Но вы, ребята, это доказали, и я горжусь, что Пол тоже приложил руку к разгадке тайны. Вернее, тайн — если считать ту девушку-имитатора.

   — Да, — согласился Юпитер, — между этими делами связь только в том, что Сара пыталась подражать Уильяму Маргону и надеялась свалить вину на него.

   — Но благодаря вам ее надежды не оправдались, — широко улыбаясь, сказал мистер Джейкобс.

   Вскоре Пол уже вел грузовик по Прибрежному шоссе. На подъезде к Малибу Пит велел ему свернуть на Сайпресс Каньон Драйв. Проехав по ухабистой дороге, фургон остановился у большого белого дома. Только неоновые трубки вдоль карниза выдавали, что прежде это был ресторан. Высыпав из грузовика, ребята позвонили в дверь.

   После нескольких секунд тишины послышался мерный стук приближающейся трости. Дверь открыл худой седеющий мужчина. Это был Гектор Себастьян, друг и наставник Трех Сыщиков. Себастьян, в прошлом частный детектив, обратился к сочинению детективных романов и пьес после несчастного случая, сильно повредив себе правую ногу.

   — Привет, ребята, — сказал Себастьян. — Заходите.

   Опираясь на палку, он провел их в гостиную и усадил за легким столиком перед камином.

   — А где Дон? — спросил Юп.

   Хоан Ван Дон, вьетнамский повар и помощник по дому, обычна сам открывал дверь посетителям.

   — Он занят, — ответил Себастьян. — Собирается приготовить нам кое-что вкусное.

   Писатель указал рукой в сторону террасы, примыкающей к застекленной фасадной стороне гостиной. С террасы открывался вид на Прибрежное шоссе и Тихий океан. В ее дальнем конце сидел худощавый молодой человек в белой рубашке и просторных черных брюках. Его ноги были закручены в позу «лотос», лишенные выражения глаза направлены и сторону океана. На лице были написаны отрешенность и сосредоточенность.

   — Он собирается готовить? — усомнился Боб. — Скорее, похоже, что он медитирует.

   — Так и есть, — согласился Себастьян. — Дон увлекся новой кулинарной передачей, которая идет по кабельному телевидению. Я прозвал тамошнего повара «гурман-гуру». Он рекомендует медитировать, прежде чем приступать к готовке. Говорит, что это очищает мозг и позволяет лучше сосредоточиться. И он прав. Я сам теперь каждый день медитирую, прежде чем сесть за компьютер.

   — Не сомневаюсь, что это помогает, — сказал Юн. — Но какую кухню рекомендует этот гуру? — Он передернулся, вспоминая некоторые из тех экзотических и чрезвычайно полезных для здоровья блюд, которые Дон подавал сыщикам в их прошлые визиты.

   — Не паникуй! — писатель рассмеялся. — Гурман-гуру готовит знаменитые блюда мировой кухни, так что еда у меня в доме стала не в пример лучше. Теперь, — продолжал мастер детективного жанра, — Расскажите мне о вашем последнем деле. От ваших намеков по телефону у меня разыгралось любопытство.

   — Все началось с Пола Джейкобса, вот он, — сказал Юпитер, представляя нового друга сыщиков.

   Боб вытащил записи, которые вел в ходе расследования, и через стол передал их Себастьяну.

   Писатель склонился над ними и начал читать. Пока ребята ждали, сидевший на террасе Дон поднялся и скрылся за углом дома. Вскоре из кухни послышались приглушенный стук дверец и звяканье кастрюль.

   Наконец Себастьян отложил записи Боба в сторону и откинулся на спинку стула.

   — Ну и история. Если бы не ваше доказательство, я бы в жизни не поверил в замысел Уильяма Маргона. Его накажут?

   — Да, — сказал Пит. — Его отец собирается вернуть деньги всем, у кого были разбиты стекла, а Уильяму судья назначил испытательный срок, до тех пор, пока тот не расплатится с отцом. В «Маргоне» его разжаловали в складские рабочие, и добиваться повышения он будет тяжелым трудом. Некоторое время ему придется обойтись без дорогих машин и модных шмоток

   — Это должно привести его в чувство, — сказал Себастьян. — А что с Сарой Темпл?

   — Ей тоже несладко, — сказал Боб. — К счастью, она не успела продать двойного орла, так что старый Джарвис не стал официально подавать на нее в суд. Но он забрал у нее машину, все приемники и электронные штучки и вообще все, что он ей покупал, и выгнал ее из дома.

   — Суров, — сказал Себастьян. — Пожалуй он был прав, когда винил себя за ее закидоны.

   — Пожалуй, — согласился Юпитер, — но не такой уж он бессердечный. Он поможет ей устроиться работать на радио, где ее талантам найдется применение, и по-прежнему будет платить за ее курсы по электронике в колледже. Но в остальном ей придется самой зарабатывать на жизнь.

   — Да, похоже на то, что она и Уильям Маргон будут учиться на ошибках, — сказал Себастьян. — Срезав углы, к успеху не придешь.

   Юпитер внезапно почувствовал, что по комнате распространяется изумительный аромат. При мысли о том, как долго еще придется ждать угощения Дона, у него потекли слюнки. Сдержав вздох, он сосредоточился на следующем вопросе Гектора Себастьяна.

   — Юп, после твоей стычки с Сарой Темпл ты сказал, что она могла бы выйти сухой из воды даже после ареста Уильяма, — если бы не одна маленькая ошибка. Что это за ошибка?

   — Она разбила не то окно, — сказал Юпитер. — Осознав это, я понял, что мы имеем дело с имитатором. Монета была забыта, на сиденье пассажира, поэтому Сара разбила стекло со стороны тротуара. А стеклобой, проезжая мимо машин, стрелял только по передним стеклам со стороны водителя. С мостовой он никак не мог выбить то окно.

   — Имитатор, который не справился с имитацией, — сказал мистер Себастьян. — Еще один вопрос, Юп. Когда вы с Полом позвонили со свалки в полицию, вы еще не установили, что ваш велосипедист — Уильям Маргон. Вам было лишь известно, что он работает в «Маргон Гласс». Так откуда же Сара, которая вас подслушала, узнали, кого именно в фирме она должна предупредить?

   Юпитер усилием волн отвлекся от наполнявшего комнату пряного аромата.

   — Она и не знала, — ответил он. — Она просто позвонила в «Маргон» и описала велосипедиста тому, кто поднял трубку. А в компании абсолютно все знали Уильяма Маргона и его увлечение велосипедом, и под ее описание подходил только он.

   — Значит, ей повезло, — сказал Себастьян, — вам тоже. Если бы не ее звонок, вам было бы гораздо труднее выяснить личность Уильяма и поймать Сару

   — Мы бы все равно это сделали, — твердо сказал Боб.

   — Вероятно, — согласился Себастьян. — Но позвольте поделиться с вами одним секретом, который я открыл за годы работы частным детективом: чуть-чуть везения может очень много значить. Много работы и чуть-чуть удачи — и можно разгадать любую загадку.

   В этот момент на другом конце комнаты дверь, ведущая на кухню, широко распахнулась. В нее вошёл Дон, гордо неся перед собой поднос. Подойдя к столу, он расставил на нем пять маленьких металлических тарелочек и какие-то странные приспособления. В дне каждой тарелочки имелось шесть углублений. В каждом углублении лежала улитка в ракушке.

   — Улитки! — объявил Дон, сияя. — Традиционный деликатес французской кухни. Любимое кушанье гурманов всего мира.

   Четверо ребят едва сдерживали брезгливость. К счастью, Дон ничего не заметил. Себастьян усердно похваливал его кулинарные успехи, и повар удалился в кухню, улыбаясь.

   Себастьян перевел взгляд на ребят и ухмыльнулся.

   — Никто не может считать себя тонким ценителем, познав вкуса улиток, — заявил писатель.

   — Хм… Спасибо, конечно, но я не уверен, что хочу стать тонким ценителем, — сказал Юп.

   — Мы тоже, — присоединились к нему остальные трое.

   — Да бросьте, — сказал Себастьян. — Уж если кому хватило храбрости заманить преступника в ловушку, то попробовать улитку он точно не побоится. Сейчас я вам покажу, как их едят.

   Взяв в левую руку какую-то штуковину вроде щипцов, писатель ухватил ею ракушку. Правой рукой он засунул глубоко внутрь улитки маленькую вилку с двумя зубцами. Вытащив сероватый, напоминающий резину комок, покрытый растопленным маслом и мелко нарубленной петрушкой, он закинул его себе в рот.

   — Бесподобно! — сказал он. — Теперь ваша очередь.

   Сперва никто не пошевелился. Наконец Пит вооружился приборами и брезгливо вытащил улитку. Друзья затаили дыхание, следя, как он жует.

   — Эй, — сказал он, — а она вовсе не резиновая! Мягкая! И на вкус чувствуешь только масло с чесноком. Действительно неплохо!

   Ребята по очереди попробовали улиток, но понравились они только Питу. Вместе с Себастьяном он прикончил то, что оставалось в тарелках у остальных.

   Потом ребята распрощались и направились к выходу.

   — У-уф, — перевел дух Юпитер, оказавшись наш улице. — Уж лучше я буду ловить по преступнику в день!